Вот! Что и требуется доказать.

– Знаешь, иногда ты и вправду напоминаешь Деда Мороза, – произношу негромко, любуясь им.

Из нашей троицы он поседел самым первым. Ещё в тридцать лет. Отцовские гены дали о себе знать. Но вместо того, чтобы переживать как-то по этому поводу, Гром сделал это своей фишкой. Его личный узнаваемый стиль. Костюм, галстук и небольшая бородка. Да, она добавляет ему возраста, но нисколько не портит. Наоборот. Считаю это изюминкой. Собственно, именно я и предложила ему когда-то её отрастить. Мне нравится, как он с ней выглядит. Очень стильно и солидно. Красавчик. Дарующий настоящее волшебство другим.

– А я думал, мы сошлись на том, что ты просто дашь мне за всё большую жирную взятку, – усмехается он на моё заявление.

– Жирную не дам, здоровье беречь надо, – зеркалю его эмоцию.

– Так. Кажется, наши переговоры только что зашли в тупик, – щурится друг.

– Разве? – делаю вид, будто и впрямь не понимаю, о чём он говорит. – Я ж не отказываюсь от расплаты. Просто вношу коррективы в один из пунктов.

– Не, я на такие коррективы не согласен, – отказывается Андрей.

– Ты свои предпочтения и не высказывал, так что придётся тебе смириться с тем, что выберу для тебя я.

– А то ты и сама их не знаешь! – возмущается Громов.

– Вот сама, значит, и решу, – отзываюсь невозмутимо.

Андрей бросает на меня беглый взгляд, полный укора, я же делаю вид, что не замечаю.

– Ты мне ещё язык покажи, как в детстве.

А я беру и действительно показываю ему язык. По салону тут же разносится его басистый смех. Я тоже улыбаюсь, отвернувшись к окну. И думаю. О том, как же мне чертовски сильно повезло в своё время оказаться сидящей с ним за одной партой. Лучшего друга и пожелать невозможно. Именно поэтому, когда мы тормозим на одной из заправок, я пользуюсь случаем и обнимаю его. Обхватываю обеими руками за талию, крепко прижимаясь к нему.

– Ты самый-самый лучший, Андрей Громов, – признаюсь. – И я безумно рада, что ты у меня есть.

Ответом становится его шумный выдох. И не менее крепкие объятия. Он прижимает меня к себе одной рукой, а второй придерживает голову, и на некоторое время просто замирает в таком положении. Кажется, потом собирается всё-таки что-то сказать, но нас прерывает громкий звук входящего на моём телефоне. От матери Дины.

– Ох, Лида, еле тебе дозвонилась! Что у вас всех с телефонами?! – нервно восклицает Оля.

– Я за городом. Наверное, поэтому. Ловит плохо.

– Дину скорая увезла. В областную. Кровотечение у неё. Угроза выкидыша.

Час от часу не легче!

Что за полоса начинается? Сперва Григорий, теперь Дина. А я так и не определилась, как относиться к ней из-за всего произошедшего. Мне совсем не хочется думать плохо о ней, но и прежнего доверия у меня к ней больше нет.