И да, если вы ещё раз поднимете на неё руку, всё ранее оговоренное аннулируется, и я отсужу у вас половину имущества, плюс моральную компенсацию! А она будет большой, обещаю! – довольно сообщает Николай. Я же усмехаюсь, так как на меньшее и не рассчитывал.

Мой юрист качает головой, Стас только что руками не машет, чтобы я отказался, а я смотрю на запуганную девушку, которая не смотрит на меня. Ей интересна только дверь, через которую она скоро уйдёт. Но я не могу отпустить её.

– Тогда подпишем ещё пару бумаг!

Ещё полчаса, и подписи стоят на нужных листах. Девушка уходит собираться, так как Николай сказал, что сам её заберёт.

И всё же, как они познакомились? Он выдающийся юрист, у них вся семья такая. Учился за границей, сейчас вернулся на родину, ведёт громкие дела за баснословные суммы. И жена, тихая нищая уборщица. Опять сплошные тайны, которые так хочется разгадать.

– Приятно иметь с вами дело, – юрист жмёт нам руки, а взглядом только что не убивает. А мы бы могли подружиться.

– Фёдор, можно тебя на минутку? – неожиданно говорит он и отводит меня в сторону.

– Да, я хотел поговорить как друг Мелании. Она сказала, что для того, чтобы брак был настоящим, она должна… В общем, сделать небольшую операцию, и…

– И я сказал ей этого не делать!

– Это она тоже сказала.

Но как иначе вы хотите провернуть дело? Поверь, Варшавский не лох, подкупить врачей не получится. С него станется и самому всё проверить.

– Знаю. Но у меня ведь есть время. Я лишил Меланию красивой свадьбы, у неё не было ни торта, ни платья… Я даже не поцеловал её. Не хочу, чтобы ещё и этот момент прошёл мимо неё. Она мне нравится, очень. Вчера были просто какие-то помутнения, но такого больше не повторится!

– Ты хочешь покорить её? – и почему он так удивляется?

– Знаю, что будет сложно, но она достойна нормальной первой ночи, а не операционного стола!

Мужчина вздыхает и иначе смотрит на меня.

– Фёдор, ты хороший парень, но ты зря стараешься. Мелания не подпускает к себе мужчин. Она в прямом смысле их не касается! Всё, на что ты можешь рассчитывать, – это объятья, и то года через три-четыре. Поверь. Я давно её знаю и хорошо к ней отношусь, но она позволяет только руку пожать. Твой план не сработает!

А вот это неожиданный поворот.

– И давно это с ней?

– Я знаком с ней три года, а эта фобия была ещё раньше, по словам моего друга, который хорошо знает её.

Да откуда эти друзья только взялись? Был один, теперь второй появился! И сколько их там ещё?

– Понял, но у меня ведь есть время?

– Да, до момента, пока Варшавский не затребует экспертизу, узнав, что его компания разваливается. А ты ведь собираешься сделать именно это?

– Да. Спасибо, я понял.

Мелания как раз спустилась с небольшим пакетом и молча пошла на выход. Никаких прощай или кивка головы.