Майкл скорее всего лишь посмеялся бы, вздумай она похвались его за отсутствие зависти, а после напомнил бы ей о своих многочисленных недостатках, и ему не потребовалось бы особенно преувеличивать, чтобы выставить себя негодяем с пепельно-черной душой. Но истина в том, что Майкл Стерлинг – великодушный человек, способный любить, как никто другой на свете.

И если Франческа в ближайшее время не найдет ему достойной жены, грош ей цена!

– А чем, – начала она и удивилась, каким громким показался ее голос в тишине ночи, – тебе не по нраву моя сестра?

– Франческа, – в его голосе она услышала раздражение и, слава богу, веселые нотки тоже, – я не женюсь на твоей сестре.

– Я и не заставляю тебя на ней жениться.

– Открыто об этом не говорила, да, но по твоему лицу и так все видно.

Она посмотрела ему в лицо, слегка улыбнувшись.

– Да ты на меня не смотрел даже.

– Конечно, смотрел. Да и если нет, какая разница? Я и так знаю, что ты замышляешь.

Он разгадал ее план. Франческе стало не по себе. Неужели он так же, как Джон, хорошо ее понимает?

– Тебе нужна жена.

– А ты, кажется, совсем недавно обещала мужу, что не станешь больше поднимать в разговоре со мной этой темы.

– Обещала – слишком громкое заявление, – сказала Франческа, смерив ее самодовольным взглядом. – Он меня просил об этом, но…

– Конечно, просил, – пробурчал он.

Франческа не сдержала смех. Майклу всегда удавалось ее развеселить.

– А я-то думал, что жене надлежит подчиняться мужу, – сказал Майкл, приподняв правую бровь. – Кстати, я точно уверен, что, произнося брачные обеты, жены обещают именно это."

"– Ты вряд ли будешь мне благодарен, если я тебе найду именно такую жену, – изрекла Франческа и презрительно фыркнула, дабы подчеркнуть свое отношение к таким женщинам.

Во взгляде, которым Майкл ее одарил, было нечто отеческое. Франческе подумалось, что титул был бы ему к лицу. Да, ему недостает чувства ответственности, но вот такой его взгляд – надменный и самоуверенный – выдает в нем едва ли не принца.

– Поиск жены для меня не входит в список обязанностей графини Килмартин, – заявил он.

– Вот и зря.

Он засмеялся, чем порадовал Франческу. Ей приятно осознавать, что она тоже может его рассмешить.

– Что ж, ладно. – Она решила временно отступить. – Тогда расскажи мне что-нибудь безнравственное. Что-то такое, чего не одобрил бы Джон.

В эту игру они играли даже при Джоне, и тот всегда выказывал свое неодобрение. Хотя Франческа давно подозревала, что муж слушал россказни брата с неменьшим удовольствием, чем она. Повозникав немного, Джон навострял уши и был весь внимание.

Только Майкл, конечно, рассказывал не много. Ему хватало благоразумия не пускаться в подробности. Однако истории были полны намеков и отличались занимательностью.