— При чем тут рыбки? Где мои доченьки?

Видя, что женщина совсем плоха, Мариша схватила ее за руку и потащила в квартиру. Там она поставила мадам Цветикову возле аквариума с экзотическими рыбками и поинтересовалась:

— Что это, по-вашему, тут стоит?

— Аквариум Михаила, — слабым голосом ответила женщина. — А в нем его рыбки.

— Ну, слава богу! — обрадовалась я. — Узнаете? Их мне ваш муж и оставил на сохранение. Только я не знаю, как с ними обращаться. Так что выбирайте, какие из них тут две ваши, и забирайте их с собой.

Совершенно неожиданно после моего предложения женщина всем весом рухнула на пол и залилась слезами, покачиваясь словно в трансе.

— Слушайте, если они вам так нужны, то берите их всех! — испугалась я. — Только не плачьте! Берите всех рыбок. И аквариум тоже берите!

Но женщина не унималась, а рыдала все горше и горше. Мы с Маришей топтались возле нее и прямо не знали, что делать. Время шло, а тетка не унималась. Вдобавок к рыданиям она начала громко икать. Слушать это было вообще невыносимо. Икание у мадам Цветиковой получалось таким, словно шло из глубины железной бочки.

— Нет, я больше не могу этого слышать! — закричала Мариша и умчалась.

Вернулась она через пять минут с полной литровой банкой воды. Недолго думая, она опрокинула эту банку на рыдающую даму. К счастью для самой дамы, она как раз в этот момент начала биться головой об пол. Поэтому вся вода из банки угодила ей прямехонько на затылок и шею, почти совсем не забрызгав одежду. В этом ей, можно сказать, повезло.

— Ой! — сказала женщина, моментально прекращая рыдать после холодного душа. — Что это такое было?

— Аквариум упал, — мрачно пошутила Мариша.

Женщина покосилась на прочно стоящий аквариум и отползла подальше от лужи, которая образовалась на паркете. Выбрав участок посуше, она вытащила из кармана уже знакомый нам носовой платок и вытерла им лицо. При этом лицо у нее сморщилось, и она приготовилась снова зарыдать.

— Э, нет! — воскликнула Мариша. — Так не пойдет! Рыдать будете дома. А сейчас объясните нам, в чем дело? Что, рыбки не те?

Женщина молча потрясла головой. Мы с Маришей молча ждали.

— Я, — наконец срывающимся голосом заговорила мадам Цветикова, — я имела в виду не рыбок.

После этого ее голос окончательно сорвался.

— Как же не рыбок? — рассердилась я. — Вы сами всю дорогу твердили о своих рыбках.

Женщина закрыла руками лицо и потрясла головой. Мариша к этому времени еще раз успела сбегать на кухню и принести плачущей мадам еще воды. Эту литровую банку женщина самостоятельно опрокинула внутрь себя, и ее речь обрела некоторую связность.

— Я говорила о своих дочерях, — наконец услышали мы от нее фразу, которая кое-что проясняла. — Их я называла своими крошечками и рыбками.