Диана, кажется, даже закричала, но не была уверена, что это было вслух.

Всего через несколько шагов она со всего размаха влетела в стену и в панике зашарила по ней руками в поисках ручки двери, какого-то прохода – чего угодно! За спиной по-прежнему слышалось рычание, оно приближалось. Медленно, но неотвратимо.

Рука вдруг действительно нащупала ручку двери. Диана нажала на нее и потянула на себя, но та не поддалась. Тогда она толкнула ее и в следующее мгновение вылетела в тускло освещенный коридор. Впрочем, после кромешной темноты свет показался ослепляющим.

Ей, наверное, следовало бежать дальше, но Диана обернулась, чтобы увидеть ту, что была в помещении с ней. Определенно зря: кошмарный образ женщины с синюшной кожей, белесыми мертвыми глазами, петлей, сдавливающей тонкую шею, обещал преследовать в страшных снах до конца жизни.

Женщина шла на нее, и Диана поторопилась захлопнуть дверь и навалиться на нее всем весом своего тела. Она не знала, сможет ли удержать ее, если мертвец попытается выбраться, но что-то подсказывало ей, что он и не попытается.

Если бы мертвая тетка могла выйти оттуда, уже вышла бы.

Да и все зомби, которых Диана видела в кино, не были способны даже на такие простейшие действия, как повернуть ручку.

Ее действительно никто не стал дергать. И в дверь не ломился. Похоже, кем бы ни было это существо, оно заперто здесь.

Облегченно выдохнув, Диана попятилась, все еще гипнотизируя дверь взглядом. И когда она уже почти успокоилась, вдруг столкнулась с чем-то еще.

– Так откуда у тебя эта книга? – требовательно спросил Влад, поскольку Савин все никак не мог начать рассказ. – Ты украл ее у нас, когда был здесь в первый раз?

– Я ее взял! Я не мог украсть у вас то, что вам не принадлежит! – Савин посмотрел на Влада с каким-то отчаянным вызовом.

 – Это книга Софии. То есть… я почти в этом уверен.

– Твоей пропавшей подруги? – строго уточнил Карпатский. – Почему ты думаешь, что это ее книга?

– Я как-то видел такую у нее дома. По крайней мере, та книга была очень похожа на эту. Я тогда спросил, что это, но София только отмахнулась. Сказала, мол, семейная реликвия, якобы отец привез ее из какой-то заграничной поездки, а там купил чуть ли не на блошином рынке.

Подарил ей как диковинку, вот она и хранит ее как памятный подарок. Но Софа тогда занервничала и поспешила убрать книгу подальше. Я, конечно, не придал этому особого значения. Подумал, она просто застеснялась собственной сентиментальности. Некоторые слова и ситуации стали обретать смысл, только когда Софа пропала.

– Так зачем ты забрал книгу? – поинтересовался Соболев. – Почему нам о ней ничего не сказал?

Савин с сокрушенным видом пожал плечами.

– Сам не знаю.