Впрочем, эффект все-таки был. «Прозрачная дама» развеялась. Вот только я не успела этому порадоваться. Все потому, что мой затылок встретился с углом сундука. Раздался неприятный хруст, шею прострелила боль, и я отключилась.

Но вместо тьмы я увидела свет, а еще услышала знакомую песнь, но, как и прежде, не разобрала слов.

Первое, о чем подумала, придя в себя — чем так воняет? У меня на лице лежала какая-то тряпка с запахом вековой затхлости и пыли. Так обычно пахнут вещи, которые сто лет не доставали из шкафа.

Я попыталась поднять руку, чтобы убрать вонючую тряпку с лица, но неожиданно поняла, что не могу двинуться.

Все потому, что меня спеленали по рукам и ногам, как младенца.

Следом ощутила, что меня куда-то волокут. Я лежу на спине, кто-то держит меня за ноги и тащит по полу. Что здесь происходит?

Прислушавшись, различила голос Аланы и рычание Исчадия.

— Да уйди ты, глупая собака, — ворчала медиум. — Я не могу оставить тело в кибитке. Оно скоро начнет вонять. Обещаю, что закопаю твою хозяйку со всеми почестями.

До меня не сразу дошло, что речь идет обо мне. Алана что, похоронить меня вздумала?

Я вздохнула поглубже, намериваясь возмутиться, но пыль защекотала нос, и я звонко чихнула.

— Аааа! — завизжала Алана. — Оно живое!

Бам! — прилетел удар мне по голове. Били чем-то железным. Кажется, лопатой. Ну это уже ни в какие рамки!

— Немедленно прекрати! — возмутилась я вслух. — Не то родителей вызову к директору.

Я, когда волнуюсь, начинаю сыпать привычными со школы фразами. Это успокаивает.

Второго удара не последовало. Значит, угроза подействовала. Но освобождать меня из плена никто не спешил. Пришлось выкручиваться самой.

Я заработала плечами, выползая из плена, словно бабочка из кокона.

Подбежала Исчадие и принялась рвать зубами ткань, в которую я была завернута. Наконец, совместными усилиями я выбралась на свет.

Осмотрелась. Я все еще в кибитке Аланы. Уже хорошо. Но меня зачем-то завернули в старый плед. Что за фокусы?

— Ты что задумала? — поинтересовалась я у сидящей в углу Аланы. Похоже, это ее любимое место. Вечно она там жмется.

— Тебя надо было похоронить, — прошептала медиум.

— Так ты от тела пыталась избавиться? С какой стати ты вообще приняла меня за мертвую?

Вместо ответа Алана кивнула на зеркальце, лежащее на сундуке неподалеку.

Повинуясь любопытству, я взяла его и посмотрела на себя.

Видок у меня был еще тот — взлохмаченная, взгляд безумный, что неудивительно после встречи с призраком. Но особенно сильно обеспокоила шея, вывернутая под неестественным углом. Голова через правое плечо смотрела назад. Я даже не сразу сообразила, как поднести зеркальце, чтобы поймать свое отражение.

— Да уж, нехорошо, — пробормотала я. — А ну-ка, подержи.

Я протянула Алане зеркало.