Все, что было до нее в его жизни, не имело значения. Аршер осознал главное — он любит жену. И это тоже было мучительно, как осознать, что безнадежно болен и спасения нет.

Он любит, а она…

Как это вышло — он только что был безмерно счастлив, и вдруг все рухнуло?

Аршер должен увидеться с женой как можно скорее. Должен посмотреть ей в глаза и услышать объяснения.

Он не раздумывал, не сомневался, не думал, как оправдает свой отъезд. Из комнаты Джоша прямиком отправился в конюшню, вывел коня из стойла, выехал из дворца и помчался в замок. Это был импульс. Острая, граничащая с помешательством необходимость немедленно увидеть Эльвенг. Убедиться, что она ждет его, что все еще принадлежит ему. Если не сделает этого, сойдет с ума.

Глава 36. О темном подвале и его узнике

Замок трясло, будто в лихорадке. Стены, пол, потолок — все ходило ходуном. Нагромождения старой мебели тоже пришли в движение. Начался настоящий обвал, какой бывает в горах во время землетрясений. Только вместо камней падали сундуки, шкафы, стулья и прочие вещи.

Оставаться на чердаке было опасно. Нас бы завалило барахлом, так что ни одна поисковая собака потом бы не нашла.

Вскочив на ноги, я подобрала юбку и бросилась к выходу с чердака. Бежала со всех ног, рядом неслась Исчадие и летела Аннабель, а за нашими спинами все рушилось и ломалось."

"Бах! Бух! Бабам! Шум стоял такой, что уши закладывало. Из-за пыли образовался густой туман, двигаться приходилось буквально на ощупь, но останавливаться было нельзя. Всего одна секунда промедления могла стоить жизни. Поэтому я неслась напролом. Натыкалась на острые углы, цеплялась платьем за крючки и рвала его, спотыкалась, но упорно продолжала движение.

Дверь я заметила, лишь налетев на нее со всего маху.

— Ох! — выдохнула, больно приложившись о дверное полотно лбом. Точно синяк будет.

Аршер вернется домой, а тут я — вся такая красивая с шишкой на лбу. Если, конечно, ему вообще будет куда возвращаться. У меня было стойкое ощущение, что стены рушатся. Замок простоял много веков, но стоило появиться одной попаданке, как он не продержался и недели.

Нащупав дверную ручку, я дернула ее на себя. Дверь распахнулась, и мы с Исчадие вывалились в узкий коридор, ведущий к чердаку. Я тут же захлопнула дверь и даже привалилась к ней спиной. Вроде как отрезала путь дальнейшему разрушению.

С чердака еще минут десять доносился грохот, но все постепенно стихло. Похоже, упало все, что могло упасть. Пыль, пробивающаяся из-под двери, тоже сошла на нет. А стены перестали трястись и того раньше. Что бы ни вызвало разрушение, оно закончилось.

За это время я перевела дух и успокоилась. Поправила прическу и разгладила порванную в хлам юбку платья. Надо срочно вернуться в покои и обдумать произошедшее.