Жильцы с удовольствием променяли бы маленькие квартирки на жилье в элитном новострое, да еще и на том самом месте, где сейчас стоят их дома.

Но только не я.

Мне предлагали разное: и помещение побольше в двух кварталах ниже, и крупную сумму денег, и варианты в разных частях города. Но никто не предлагал мне равнозначное помещение в новострое, который планировали строить на месте моего агентства. Ведь вывеска с перечнем предоставляемых нами ритуальных услуг на фасаде здания никак не вписывалась в концепцию застройщиков.

И, конечно же, все эти предложения я отклонила.

Не потому что не хочу переезжать в другое место: более новое и просторней. Просто с этим зданием у меня связанны особенные воспоминания. Бабушка и дедушка занимались фотографией. Держали огромную фотостудию, которая долго пользовалась популярностью. Все свое детство я провела здесь. Среди фототехники, проявочной пленки и улыбающихся лиц людей.

Дедуля был очень талантлив. Его работы принимали участие во многих выставках, в том числе и за пределами страны. Но они с бабушкой не смогли выдержать конкуренции с молодыми фотографами и новыми технологиями.

Поэтому студию закрыли, а после мы с мамой переделали здесь все, соорудили несколько фотозон, гримерку, и сдавали в аренду.

Мое похоронное бюро обосновалось в этом месте не так давно. И я продолжаю верить, что рано или поздно открою тут уже свадебное агентство, которое будет видеть столько же улыбок, сколько когдато дедушкина фотостудия. И приносить мне столько же радости.

Но теперь какойто Багиров и ему подобные хотят отобрать у меня и эту часть воспоминаний о любимых людях и надежд на будущее!

Я постукиваю пальцами по столешнице.

Нужно чтото решать. Я слышала, что у нового застройщика все на мази, но не вдавалась в подробности, кто именно этот застройщик.

Сейчас очень об этом жалею, но, честно говоря, мне было просто не до того, да и поводов засомневаться в своем решении или волноваться так, как сегодня, раньше у меня не возникало.

Насколько мне известно, застройщик выкупил за несколько последних месяцев множество помещений нашего квартала. Поговаривают, не всегда честными методами, но мне даже думать об этом не хочется.

Видимо до него наконецто дошли слухи об упертой девице из похоронного агентства, и он оставил меня напоследок.

По несчастью, зачемто пришел договариваться лично…

Мысли начинают вертеться в голове. Взгляд падает на кольцо. Что дороже, Мира? Гордость или сохранение того, что мне безумно ценно? Гордость или…

— Да к черту!

Я хватаю со стола телефон и набираю Багирова. Скорее всего мелодия его звонка прозвучит гдето в стенах моего агентства.

— Привет, Мира. Должен сказать, что весь день жду твоего звонка, — он говорит негромко, растягивая слова.