– Перестань, или я захлебнусь слюнками, – засмеялась Яна и, бросив на меня странный, но явно что-то означающий взгляд, добавила. – Что-то я устала. Мне бы присесть.

– Конечно. Можем у костра посидеть, погреться. Огонь успокаивает. После тяжёлого и такого напряжённого дня это не помешает, – предложив локоть, улыбнулся Бронс. Яна стрельнула глазами, послав какое-то второе мне послание, и они медленно удалились, оставив нас с Даррэном наедине.

– Ну как ты? – поинтересовался Тёмный, как только ушли наши друзья.

– Относительно, – слабо улыбнулась и поёжилась под порывом прохладного ветра. С тёмного неба всё так же лил неистовый дождь, смывая прошлые переживания и ужасы, вдыхая в природу новую силу. Вдали вспышками, освещая всё в округе, сверкали молнии, и, разрывая тяжёлый небосвод, гремел гром. Ветер клонил высокие гордые деревья, и весь мир замер под силой бушующей природы, лишь шелестели потревоженные листья, и шумела земля под ударами миллионов капель ночного дождя.

Некоторое время мы просто молчали, слушая мелодии бушующей природы и наблюдая за силой стихии. Я сама не заметила, как после очередного раската грома оказалась совсем близко к Рэну, словно интуитивно искала под его крылом защиту. Тёмный не подал виду, что что-либо заметил и спустя несколько минут тихо прошептал:

– Люблю дождь… особенно гром. В эти моменты становится как-то… спокойно.

– Дождь это дыхание жизни. Вода питает всё вокруг, даёт росткам прорасти, цветам зацвести и наполняет силами могучие деревья, дарит всем шанс на жизнь, – улыбнулась я, наблюдая за сверкнувшей в далёких горах молнией. – Но некоторые народы в далёкие времена считали, что когда гремит гром и расцветает молния, так проявляют свой гнев Боги.

Тёмный хмыкнул и задумчиво посмотрел на меня.

– В древности у нас так тоже многие считали. В моём королевстве, около тысячи лет назад, когда начинался сезон гроз, некоторые племена приносили жертвы Богам, чтобы их задобрить. Иные же наоборот, в засуху приносили к алтарям последние крохи еды, чтобы попросить Богов о спасительном дожде, что напитает землю. Но… истина в том, что вода это жизнь. Тьма забирает жизни и всегда стремится к этому, испытывая своего хозяина. На той реке… сильная вода, которая не принимала мою тьму, иссушая её.

– Поэтому ты не смог меня вытащить хлыстами тьмы, как сделал это с Яной в болоте?

– Да, – безрадостно ухмыльнулся Тёмный. – Поэтому.

Мы вновь замолчали, продолжая вглядываться в темноту ночи, которую периодически разбивал яркий свет молний.

– Ты до сих пор любишь… того, кто приходит к тебе во снах? – задал неожиданный вопрос Рэн, и я поперхнулась.

– Лера, – Тёмный повернулся ко мне, внимательно, изучающе глядя мне в глаза. – Мы с тобой через месяц поженимся.