А волки, показав свою природную неловкость в воде, быстро теряли преимущество, которым так располагали на суше. Они барахтались и выскакивали из воды, вынужденные отступить и выбраться на берег, сохраняя свою силу для другой добычи…

Подхваченные сильным течением, мы уже не шли по дну, а были увлечены его непреклонной силой, относимые всё дальше вниз по бурной реке. Течение словно играло с нами, но и оно же дарило шанс уйти от неминуемой смерти.

– А-а-а-а-а-а, – закричала я, хватаясь за ветку, что свисала над самой водой.

Яна зацепилась за камень и это спасло её. А я…

Я не была такой удачливой.

Ветка хрустнула и с треском разломилась. Быстрое течение не дало мне шанса сориентироваться, и я уже не могла бороться с водными потоками, уносимая всё дальше от возможности спасения. Боль от столкновения с камнем затопила сознание, и я попыталась закричать, но лёгкие быстро заполнились ледяной водой.

В секунды, когда выживание казалось не только неизбежно отступившим, но и невозможным, у меня осталась только одна мысль.

Та самая последняя мысль, которая, казалось, подводит черту под несправедливым, жестоким, судьбоносным финалом: "Это конец…"

Поздний осенний вечер покрывал землю тонким слоем тумана, скрывая под своей серебристой завесой секреты ночи.

Я помог своим стражникам с защитным куполом и охранками, в последний раз оглядел укрепления нашего временного лагеря перед тем, как отправиться за хворостом для костра. Скрыв свет огня в пещере и столб дыма куполом, можно было не опасаясь всю ночь греться от тёплых языков пламени. Это очень силозатратно, и мы опустошим как минимум несколько артефактов, но девушки смогут хоть немного нормально отдохнуть и отогреться. Всё же простые люди намного слабее магов, тем более Тёмных. Им достаточно только ночь промёрзнуть, как они могли сильно заболеть. А нам сейчас это было совершенно некстати. Поэтому лучше мы затратимся один раз, чем потом разгребать последствия.

Ночной лес встретил прохладой и темнотой, за которой скрывались острые еловые лапы и крючковатые сухие ветки, что пытались каждый раз отхватить кусочек от одежды или оцарапать кожу. Собрав достаточно хвороста, что поместился в руках, я собирался вернуться в лагерь, но поднял взгляд на небо, задумчиво наблюдая за первыми мерцающими звёздами, когда внезапно уловил какое-то необъяснимое волнение в глубине души.

Непонятное ощущение, загадочная тревога окутала меня, заставляя на мгновение замереть и прислушаться к себе.

Стараясь отогнать беспокойные мысли, я уже было собрался продолжить путь, не разобрав ощущения, как внезапно воздух пронзил женский крик, словно нож вонзившийся в моё сердце. Он отозвался острой болью, мгновенно устремив мои мысли от повседневных проблем к неотложной опасности.