Не хотелось лейтенанту признавать, но так оно и было. С утра он чуть ли не разорвать Шаповалова готов был за его стариковскую меланхоличную медлительность, даже настучать на него начальству порывался, а тот… тот, не сходя с места, сидя в кабинете, вычисляет все на раз!

– Что хочу сказать? – Шаповалов снова и снова просматривал снимки, особенно крупные планы. – То, что нигде лица его не видно. Козырек бейсболки чуть не на подбородке лежит. Волосы длинные отлично видно… Странно…

– Что странно? – с благоговейным трепетом прошептал лейтенант.

Он теперь даже дышать боялся. Все хотел уловить, что же такое сумел рассмотреть Шаповалов, чего он не увидал.

– Странно, тебе не кажется? – указательный палец Шаповалов, все еще хранивший след от старинной заострившейся ручки подстаканника, потыкал в один из снимков. – Лицо прикрыл, а волосы оставил по ветру развеваться. Коли хотел следы замести, замыслив убийство, ну… я не знаю… парик, что ли, бы напялил или волосы под кепку убрал. Разве под нее патлы нельзя убрать, Сережа?

– Почему нельзя? Легко можно. Девушки и не такие локоны убирают.

– И я о том же! Вроде прячется, лицо скрыл. Так? А все остальное будто бы напоказ! Зачем? Ну, порадуй меня, Сережа, порадуй! Зачем Сигитову это?

– Маскарад?! – ахнул лейтенант. – Вы хотите сказать, что это подстава? Что кто-то пытался подставить Сигитова? По-вашему, это не он?

– А по-твоему, кто? Он? Если на фотографиях он, на что я отпускаю два процента из ста, то парень должен быть полным идиотом.

– Да потому, что он компьютерщик, Сережа! Он не мог не знать о камерах, раз лицо прятал. А если лицо прятал, почему выставил на всеобщее обозрение остальное? Штаны свои, шевелюру, куртку. Ну не идиот же он вовсе!

– Нет, не идиот, раз за ним такая охота шла, – согласно кивнул Сергей. И тут же поправился: – Раз он так кому-то срочно понадобился.

– Вот и я про то же. И в пользу моей версии говорит еще кое-что.

– Сахарова Василиса – его подруга.

– Я не понял, Олег Иванович. – Лейтенант озабоченно потер затылок. Соображать так быстро и так замысловато он пока не мог.

Олег Иванович отодвинул подальше от себя снимки и начал чертить ребром ладони на столе невидимые линии, проговаривая вслух то, что буквально мгновение назад в его голове зародилось.

Он ведь до того, как начать просматривать фотографии, был уверен в другом. Да-да, был уверен, что в камеры наружного наблюдения Сигитов действительно попал. И с горем пополам его присутствие на той улице в день убийства жены Игоря Леонидовича связывал с присутствием в том же доме подруги Сигитова – Василисы.

Кое-что не нравилось Олегу Ивановичу в собственных рассуждениях, кое на чем спотыкались его мысли, но он пока решил над этим «кое-чем» голову не ломать.