Ведь теперь это мой офис.

Когда захожу в здание, внутри меня все еще кипит. Хочу разорвать любую тварь, которая посмела коснуться нежной девочки Симы. Я буду наказывать их жестко. А, может, просто пристрелю, и дело с концом. Но, самое главное, я хочу сделать это лично.

Никогда еще не убивал людей, хоть и присутствовал при таком. Однако самому мне не приходилось лишать кого-либо жизни. Я всегда считал, что это самая крайняя мера, и мне никогда не придется лично прибегать к ней. Только обстоятельства теперь совсем другие. И мое нутро требует жестокой расправы.

Ворвавшись в офис, поднимаюсь в свой кабинет.

— Ты почему еще здесь?

— Так вы не отпускали, — растерянно бормочет она.

— До которого часа у тебя рабочий день?

— Так… Михаил Вольфович говорил, что у меня ненормированный рабочий график, и я остаюсь тут, пока он не отпустит. Я подумала…

— Охереть, — качаю головой. — То есть, если бы я не отпустил, ты бы сидела тут сутки? — Секретарь — не помню имени — просто пожимает плечами. — Иди домой. Попроси кого-то из парней подкинуть тебя, там уже темнеет.

— Я на машине, — отвечает она, краснея.

— Пытаться меня соблазнить или построить глазки — это слишком рискованное занятие. Если и трахну, то только раз, после чего ты вылетишь с работы.

— Я ничего такого не… — еще сильнее краснеет она.

Но я не говорю ей, что ее попытка соблазнения шита белыми нитками. Хоть и люблю говорить прямо. Но посыл телочка уже получила, пусть думает.

— Артур! — слышу голос Лебедева, и, кивнув ему на свой кабинет, захожу. — Парни скинули тебе информацию по Бабанову. Девушку…

Он не успевает договорить, как я резко поднимаю руку и прерываю на полуслове.

— Скажи девочке, чтобы перед уходом сделала мне кофе, и помолчи пять минут.

Положив ноут на стол, быстро поднимаю крышку, ввожу сложный пароль, потом захожу в почту. Несколько манипуляций — и информация уже у моего знакомого с Даркнета, а деньги на его счету. Осталось только ждать.

Как только заканчиваю, секретарь заносит мой кофе. В глаза не смотрит, но все еще густо краснеет.

— Напомни имя, — прошу.

Она поднимает голову и сталкивается со мной взглядом.

— М-марьяна, — заикаясь, отвечает секретарь.

— С завтрашнего дня юбку подлиннее. — Она медленно кивает. — У нас есть тут нормальные чашки для кофе? Большие такие.

— Михаил Вольфович предпочитал…

— Михаил Вольфович мертв, — отрезаю я. — И кофе он больше не пьет. Эти мензурки можешь оставить для гостей, а мне купи обычную чашку. Без надписей. Черную или серую. Миллилитров на двести-триста. Ясно?

— Да, Артур Михайлович.

— И топай домой. Поздно уже.

Перевожу взгляд на экран ноутбука, на котором высвечивается зашифрованное послание от Косого.