Вообще-то Михаил Николаевич был директором Кораблестроительного департамента Морского министерства и в судостроении понимал неплохо. А когда увидел, как у меня на верфях корабли свариваются, то стал понимать еще больше. Правда он в этот транспорт в своем проекте умудрился впихнуть сразу четыре здоровенных паровых машины (по тысяче сил: хотя таких еще никто вроде как сделать пока не смог, но выглядящие вполне реально проекты уже имелись, у британцев), но и парочка турбин туда прекрасно встанут. Парочка, потому что по специальному моему распоряжению на любой водный транспорт ставилось минимум два двигателя. Как правило, один был «маршевым», а еще один — «аварийным», хотя большие суда и под двумя одновременно включенными дизелями ходили. Но с такой турбиной… Была ведь уже турбина на триста киловатт, вот пусть ее в запасе кораблики и возят: если главная сломается в дороге, то на аварийной все же до берега доползти получится.

Сам Витя, впрочем, не турбинами занимался, он еще с четвертого класса увлекся генераторами и моторчиками. В пятом — построил лодку с электромотором (и свинцовыми аккумуляторами), потом отучился в Чернинском педучилище на «электромеханика». Дипломной работой у него было изготовление генератора на две тысячи четыреста киловатт (я ему подсунул тепловозный генератор из моей курсовой), который обеспечивал электричеством электросварку в Мезени (и который приводился в движение все же изготовленным Ванькой Сорокиным «тепловозным» дизелем в три с половиной тысячи «лошадок»)…

А третий праздник был вообще практически незаметным. Светлана Никитична все же довела процесс преобразования картошки в резину до рабочего состояния и в конце августа неподалеку от Рыбинска (где они с Ванькой теперь поселились поближе к моторостроительному заводу) начал выпускать очень нужную продукцию химический завод. На котором из картошки добывали крахмал (на отходах свинки на ферме жирели), из крахмала делался спирт, а из спирта, путем нехитрых химических преобразований, получался бутадиеновый каучук. Или бутадиен-стирольный, или вообще АБС-пластмасса…

Жалко лишь, что детям в их деятельности я почти ничем уже помочь не мог: все они занялись тем, в чём я был ни уха, ни рыла. Светка химией вон увлеклась, Витька по электрической части пошел. Саша… его в честь Алёнкиного отца назвали, так он тоже «по электричеству», но немного в другую сторону: я ему когда-то рассказал про радио, и он уже сумел сделать работающую электронную лампу. Только то, что он уже сделал, работало максимум полчаса — но теперь, когда вольфрамовая проволочина появилась, проглядывались очень интересные перспективы.