К моменту объявления Канады русской провинцией в ней проживало около миллиона и восьмисот тысяч человек. В целом немного, но Канада — она располагалась довольно от России, точнее — от европейской ее части. А это канадское население почему-то факт присоединения территории к России не одобряло. Вдобавок и янки решили было половить рыбку в мутной военной водице — но им популярно объяснили, что с ними Россия может поступить так же, как и с Британией — и они подуспокоились.

Вообще-то русской провинцией Канаду объявили еще в пятьдесят первом, когда Лондон превратился в груду щебня, но всерьез ей удалось заняться лишь спустя два года. Просто потому, что «атлантическая эскадра» была полностью занята перевозками в Техас, а новые суда… В Новороссийске «вспомогательные транспортные крейсера» строились по шесть штук в год, в Усть-Луге — по четыре в год (там упор на корветы делался), а в Мезени на шести стапелях их строилось по девять в год. И вот в середине лета пятьдесят третьего года из разных портов вышли сразу тридцать два транспорта. Все с пушками и каждый перевозил, кроме всего прочего, и по тысяче двести вооруженных до зубов солдат.

Через две недели двенадцать тысяч солдат высадились в Квебеке, столько же в Монреале, а остальные в Оттаве (где местного населения было меньше, чем русских солдат), и все они очень нехорошо поступили. Они арестовали всех чиновников, всех богатеев местных — и вместе с семьями «депортировали на родину». Англоязычных отвезли в Англию, а франкоязычных, понятное дело, во Францию — причем отвезли «в чём есть», конфисковав все прочее имущество. Далее населению объявили, что все оставшиеся вправе тоже свалить (хотя и за свой счет, но зато с любой собственностью), хоть на родину предков, хоть в США, а те, кто останется — те получат все привилегии русских подданных. Но не сразу, а в течение пяти лет.

В общем, осталось чуть больше шестисот тысяч человек — но в целом народ вел себя мирно. Потому что до осени пришли еще четыре каравана «крейсеров», и не очень добрых русских «казаков» там стало под полтораста тысяч. И это было лишь началом: по утвержденной у царя программе предполагалось за пять лет перевезти в Канаду чуть больше чем два с половиной миллиона человек.

С миллионами проблем не было: за последние двадцать лет население России, если даже не считать населения новых территорий, выросло с пятидесяти до семидесяти пяти миллионов человек. А если считать с новыми территориями, то было прилично уже за сотню миллионов. Но «новых соотечественников» можно было в деле освоения Канады и Америки не считать, разве что сербов и болгар можно было рассматривать как совершенно лояльных подданных.