В общем, привычное времяпрепровождение бездетной замужней аристократки, от которого уже хотелось выть. Если бы не необходимость снова пить настой и погружаться в сон, я, конечно, так не переживала бы. Но одна мысль о повторном появлении на том складе приводила меня в ужас.

— Может, не нужно? — вечером с сомнением спросил супруг, неуверенно поглядывая на флягу в моих руках.

— Боюсь, что нужно, — вздохнула я и сделала три глотка.

Уже через минуту сон перенес меня в непонятный полутемный коридор. На вчерашний склад помещение было мало похоже, скорее на замок — каменные стены, чадившие на них факелы, сырость и духота… Хорошо хоть в этот раз я догадалась надеть, кроме пижамы, еще и теплые тапки, стоять было не холодно.

— И чего замерла? — сварливо поинтересовался над ухом знакомый голос. Я вздрогнула. Получается, боги могут при желании и в наведенный сон приходить?

— А кто сказал, что ты спишь? — ехидно поинтересовался голос. — Иди давай.

— Куда? — уточнила я, не двигаясь с места.

— Вперед. Верка, не зли меня.

— Не пойду, — в доказательство своих слов я привалилась спиной к стене. — Где я и зачем вы меня сюда переместили?

— Верка, — раздраженно фыркнул голос, — я ведь и заставить могу.

— Заставляйте, — настроение было отвратительным: сначала меня перетаскивают с Земли в чужой мир, затем, когда я только-только начала налаживать личную жизнь, вновь тащат куда-то, и снова ничего не объясняют. Заставить. Да пусть заставляет. Хуже не будет.

Голос протяжно вздохнул.

— Дурында ты. Верну я тебя к твоему графу. И прыщи уберу. Иди.

— Куда и зачем? Диар, я устала служить вашей безмолвной марионеткой. Хоть что-то расскажите.

Мои слова были не ультиматумом, нет, кто я такая, чтобы ставить ультиматум божеству? Скорее я просила, вымученно и отчаянно, как кукла, которую постоянно тащат за нитки по пыльным дорогам.

— В замке мы. Найдешь кое-что, мне передашь, и можешь быть свободна, — видимо, сжалившись, неохотно ответил бог, — сам портал твоему муженьку открою. Пусть приходит за тобой. Если захочет, конечно.

— То есть вы думаете, что он может не захотеть? — и почему сердце так противно заныло после этого, казалось бы, вполне нормального вопроса?

— Предыдущую свою бабу он бросил, потому и руки лишился, — последовал ответ.

Уже понимая, к чему клонит Диар, я уточнила:

— А если и меня бросит?

— Значит, и второй лишится, — фыркнул бог, — иди давай.

Отлепилась от стены и пошла.

Коридор оказался длинным и полутемным: факелы горели далеко не везде, так что приходилось идти, держась за холодный камень стен. Только через три-четыре минуты я подошла к лестнице. Ступеньки, сложенные из камня, и довольно ненадежные, на мой взгляд, тонкие железные перила вели куда-то вниз.