Ловкие быстрые удары в сочетании с резкими выдохами. Правой. Левой. Снизу в подбородок.

Бойцовская собака в действии.

Кого отправляет в нокдаун – я знаю прекрасно. И это, возможно, не смешно, но я смеюсь.

Вытягиваю руки и прошу:

Он как будто только сейчас осознает, что я тоже здесь. Слушается неприкословно.

Подходит быстро. Не подсаживает, а заталкивает задницей на свой стол. Мои колени разъезжаются, потому что он хочет оказаться максимально близко.

Глаза горят манией. Лоб вжимается в мой лоб и давит сильно-сильно.

Паяет. И меня. Но меня меньше, поэтому сегодня я сработаю громоотводом.

Нежно веду от висков к затылку. Выглаживаю венки. Шепчу:

– Чушь какую-то. Чтобы на Точку завтра явилась.

Улыбаюсь. Целую в губы. Он весь колючий. И дело не в щетине.

– Нет. Ты нахуй послал. Я сказала, что ты ревнивый и не пустишь. Ты подтвердил.

Концентрация внимания на мне сохраняется еще несколько секунд. Потом Слава кивает.

На мое замечание даже отвечает усмешкой. Слегка расслабляется. Я тянусь за поцелуем, дает, что хочу.

Мы целуемся совсем не целомудренно.

Накал потихоньку спадает.

Возможно, намного мудрее было бы согласиться на встречу.

Мне не сложно было бы съездить на Точку, но со Славой в этом я не спорю.

Я чувствую, как кровь нагревается. Бурлит. Вспенивается. Адреналин в действии, но нам пора тормозить.

Еще пару минут и охуевший из-за нашей наглости Марк придет разбираться, какого черта в зале заседаний нет судьи и очередь снова растет.

Но Слава об этом не думает, поэтому первой отрываюсь я.

Внимательно смотрю в глаза.

Журю его нейтральным:

– За рукопожатия отводы не делают. Мог бы…

— Сломать? Тоже так думаю.

Собиралась добавить разговору серьезности, а вместо этого живо представляю картину и смеюсь.

Нам правда нужно возвращаться к работе. Но прежде уже я упираюсь лбом Славе в лоб, глажу щеки, дышу полной любви к нему грудью и напоминаю:

– Мы их взъебем, Слав. Не злись.

Я стою возле стола в приемной судьи Тарнавского и понятия не имею, как реагировать на сообщение от однокурсника-Матвея.

Это приказ или просьба?

Кончики пальцев зудят едкими ответами, но я притормаживаю и не печатаю их. Роль остроязыкой суки – совсем не то, о чем я мечтала всю жизнь. Да и что-то внутри подталкивает не рубить сгоряча.

Отправляю, но не откладываю телефон, а прослеживаю: открыл ли. Печатает ли…

Эта переписка сейчас не особенно к месту. У нас с судьей Тарнавским всё так же очень много работы. Новый день – новые заседания. И пока он отъехал по делам, я зашла в приемную. Думала кофе себе сделать. В итоге…

Читаю. Почему-то холодею.

Пугаюсь и злюсь на себя за эмоцию.

Я правда хожу далеко не на все пары. Лекции практически подчистую мимо. Семинары – через один.

Раньше Слава контролировал, чтобы не особенно пропускала.