А вот об общении с далекими соседями не могло быть и речи. После непродолжительной, но пагубной для нашего мира магической войны вот уже третье столетие межконтинентальные воды бунтовали, и мало кто решался выйти в открытый океан. Да и те немногие, которые осмелились рискнуть, не возвращались, а бесследно исчезали в темных водах переименованного в связи с кардинальным изменением своей природы океана Смерти.

– А куда мы отправляемся? – тихо спросила у одного из своих конвоиров, когда меня подвели к огромному, незнакомой конструкции четырехмачтовому кораблю.

– На-а Лартиясту, лэдэ, – невозмутимо ответил пожилой коренастый мужчина с чудным акцентом.

– Что?! – завопила я, привлекая внимание окружающих. Просто Лартияста и есть один из недосягаемых, находящихся за океаном Смерти материков.

– Вам нужна помощь, юная леди? – осведомился проходивший в этот момент мимо и вздрогнувший от моего крика капитан одного из пришвартованных неподалеку судов.

– Д-да, то есть нет, – неуверенно ответила, глядя на сумасшедших, решившихся на самоубийственное путешествие. А потом пришло понимание, откуда взялись этот необычный для наших мест корабль и незнакомый акцент у моих сопровождающих. Они пересекли океан! И теперь мне предстояло повторить этот подвиг вместе с ними. Мамочки, как же я хочу домой, под гнет родных стен и родительской опеки!

– На борт, живо! – распорядился незаметно подошедший Крафт. – И так из-за тебя задержались.

Ну да, глупо было бы думать, что они отправились в такое опасное путешествие только ради дочери одного незадачливого графа. Меня, видимо, попутно прихватили.

А на корабле меня отвели в четырехместную каюту. Три места, кстати, уже были заняты испуганными притихшими девушками примерно моего возраста. Вот так новость, оказывается, не одна я такая «везучая»!

Проводивший меня матрос бросил мои вещи у свободной кровати, сказал что-то на неизвестном мне языке, засмеялся так, что у меня мурашки по коже пробежали, и вышел, заперев за собой дверь каюты.

– Это он нам веселого путешествия пожелал, – пояснила одна из моих сокамерниц, то есть соседка по каюте.

– А ты их понимаешь? – спросила, сразу переходя на «ты». Так в дороге общаться легче.

– Понимаю, – грустно ответила худенькая бледная девушка. – Меня с младенчества к этому готовили. Отец специально, прежде чем жениться, нажил дочку от служанки. Своих-то отдавать жалко, а я для этого и была рождена.

– А для чего «этого»? – осторожно поинтересовалась я. Стало жаль ее до слез, но сейчас не время раскисать. Выживать надо.

– А не знаем мы! – развела руками курносая веснушчатая полноватая девочка. – Зато приключения, может, любовь свою встретим, – мечтательно протянула она.