Я был успешным юристом. Деньги, девочки, гулянки! Жизнь удалась! По крайней мере, так мне казалось. А зря…Судьба решила, я должен сделать что-то достойное и вот!1938 год… Я — детдомовец в секретной школе НКВД. Товарищи меня ненавидят. Рядом вьётся мутный чекист. Впереди — нелегальная работа. На кону — мое будущее. Если выживу, конечно…

Павел Барчук, Евгений Прядеев

ПОЗЫВНОЙ «КУРСАНТ» — 2

Моя паранойя поднимает голову еще выше

Вот дурацкая у меня все-таки натура. В самых хреновых ситуациях в голову лезет удивительная чушь. Например, сейчас, когда приближался к человеку из далекого прошлого, который вполне может испортить близкое настоящее, в башке крутилась веселая фраза из «Ералаша». Пара-па-па-пам! Вот что хотелось мне сказал вслух и еще сделать такой же смешной жест, как рыжий пацан на заставке передачи. Боюсь, никто не оценит столь своеобразной шутки…

— Добрый день, — Леонид протянул руку и его рука слегка подрагивала.

Я бы сказал, мужик немного волнуется. Это настораживает. С хрена бы ему волноваться? У меня гораздо больше причин, чтоб нервничать. А еще я заметил приличный синяк, который на долю секунды появился из-под края рукава. Вот очень сомневаюсь, будто Леонид сам себе запястья выкручивал. Просто так удариться — специально захочешь, не выйдет.

— Алексей Реутов, — представился я бывшему официанту, а затем спокойно, уверенно пожал его ладонь. Главное — не показывать волнения.

В момент, когда наши руки соединились, мне показалось, Леонид сжал пальцы чуть крепче положенного. Это было похоже на намек. Мол, не ссы, пацан, не сдам. Ну, или я обладаю очень богатой фантазией, придумывая себе то, чего нет.

Вообще, херня, конечно, какая-то. Просто непонятная херня…

— Вот и познакомились, — выдал Клячин.

Он стоял рядом и переводил взгляд то на меня, то на Леонида. Кстати… Чекиста-то я уже знаю неплохо. В его глазах читалось небольшое разочарование. Николай Николаевич явно рассчитывал на другой вариант встречи. Тоже идиотство полное. Что он думал, мне интересно? Будет как в кино?

— Ах, Леонид! — закричу я. И побегу в лес.

— Ах, ты врун! — закричит Леонид. И тоже куда-нибудь побежит.

Ну, бред, честное слово. С моей точки зрения, план Клячина — абсолютная херня. Тем более столько лет прошло. Алёша был совсем пацаном. Однако, как ни крути, поведение Николая Николаевича вызывает очень много вопросов. Бекетов прекрасно знает, что я не Реутов. Соответственно, он никак не мог велеть Клячину тащить этого бедолагу Леонида в школу, дабы организовать нам встречу. В любом другом случае у товарища старшего майора государственной безопасности серьёзные проблемы с башкой. Значит, Клячин сам это придумал. Зачем? Подозревает, будто я не тот, кем выгляжу? Ну, ок.