- Ничего непоправимого, мама, - покачала я головой, - давай я тебе всё расскажу за чашечкой горячего кофе? - предложила я, зная, что она не откажется.

Мама подозрительно сощурилась, но промолчала и кивнула:

- Ну, пойдём, попьём!

И мы пошли. Рестораны и кафешки находились в другом конце огромного торгового комплекса, нам пришлось пересечь половину первого этажа, чтобы добраться до эскалатора, потому что около лифта было не протолкнуться.

- Как на работе? - спросила мама, - всё хорошо?

- Да, - а в душе вся съёжилась, признаваться в сумасбродности совершённого поступка не хотелось категорически. Я всё ещё не решила говорить ли правду или солгать? Моя мама из той породы людей, что за словом в карман не полезет и может устроить мне разнос по полной, не глядя на присутствие посторонних в помещении. Может зря позвала её в кафе и стоило всё рассказать дома?

Мама переключилась с меня на себя и поделилась новостями о братьях и их детях, о последнем прочитанном ею романе, про какую-то очередную попаданку в другой мир, где она участвовала в отборе невест для принца-дракона, о соседке и её новом ухажёре...

- Мама, - обратилась я к ней, когда принесли наш заказ, - прошу тебя не кричать и не устраивать истерик. Если пообещаешь этого не делать, то я всё тебе расскажу.

Мама молчала, а потом как-то тяжело вздохнула и кивнула.

- Не буду. Говори.

И я всё рассказала: и о контракте на месяц, и о месте пребывания, и об истинной причине, почему вообще пошла на это.

- Таак, - набрав побольше воздуха и медленно выдохнув, мама повторила, - таак...

Я следила за выражением её лица и видела, как сложно ей сдерживаться."

"- Пообещай кое-что, - в итоге, спустя пять минут тишины, выдала мама, - как только ты вернёшься домой - сразу же уволишься из своей армии и заживёшь обычной жизнью и даже начнёшь с кем-нибудь встречаться! - на последнем слове мама всё же не сдержалась и повысила голос. Люди начали оборачиваться и перешёптываться.

- Хорошо, - спокойно согласилась я, а матушка, уже собравшаяся продолжить меня убеждать, чуть не поперхнулась, - я согласна.

- Вот так просто? - ошарашенно спросила она, сдувшись.

- Да, мама, - кивнула я. — Это последнее, что я хочу сделать и перевернуть страницу. Ты права во всём, - надавила я голосом, - нужно что-то менять. Так дальше продолжаться не может.

- Ох! - и Галина Николаевна, мой самый близкий человек, сильная духом женщина, расплакалась.

Мы ещё посидели, обсудили мою предстоящую командировку и куда потратим внушительную сумму, обозначенную в контракте.

- Я предлагаю на эти деньги купить домик где-нибудь поближе к морю, - сказала я и мама согласно кивнула.

- Да, всегда хотела жить у синего-синего моря! Моя самая заветная мечта, после иномирного принца, конечно, - добавила она и мы весело рассмеялись.