Я и забыла о том, что он тоже был в общей зале и видел всю ту некрасивую, безобразную сцену. Стыд опалил щёки, но я ни капли не сожалела о сказанном Лазарусу.

- Не знаю, - растерянно ответила я, отводя взгляд и запрокинув голову к тёмно-синему ночному небу, мириады звёзд весело подмигивали мне; глубоко втянув в себя воздух, вдруг почувствовала, что он стал гораздо слаще и вкуснее. Воздух свободы. Игры сознания, однозначно, но пусть так, я совсем не против ощутить её (свободу) именно так."

"- А если я приглашу тебя к себе на работу? - я бросила на него удивлённый взгляд и получила ответ, - в качестве личного лекаря. Полемарху полагается, - зачем-то пояснил он.

Думала я недолго, не возвращаться же теперь в асклепион, к разъярённому Лазарусу. И в дом почившего этнарха Менедема я тоже уже не могу пойти.

- Есть пара вопросов, - решилась я.

- По оплате? - отчего-то нахмурился он. - С этим не возникнет проблем.

- Да нет! - махнула я на него рукой, хотя оболы мне не помешают. - Я хотела бы выкупить двух рабынь у нового хозяина дома, в котором жила.

- Это можно устроить, - медленно кивнул он и отчего-то улыбнулся.

Странный такой.

- И там живёт супруга гиатроса Иринеоса, она свободная. Её тоже хочу забрать с собой, пока её муж не вернулся.

- И это вполне осуществимо. Только сейчас уже поздно. Думаю, лучше заняться этим вопросом завтра с утра.

- Да, вы правы, - кивнула я.

- Жить будешь у меня. Мне полагается поместье, в права владения я ещё не вступил. Пока остановился у друга, но уверен, он будет совсем не против принять такую замечательную лекарку под крышей своего дома.

Глава 41

Геракл

Алкей-Геракл шёл рядом с Аглаей и думал, насколько она необычная. При воспоминании том, как она отчитала гиатроса Лазаруса, улыбка сама собой возникала на губах. Ему понравилась ей праведная ярость. Ни единым физическим ударом, только используя богатую витиеватую речь (которая точно не могла принадлежать простой рабыне, даже имеющей третий доро), она однозначно нанесла гордости и самолюбию Лазаруса непоправимый ущерб.

И ещё странный язык, мастерски вплетённый в тираду, был ему смутно знаком. Так говорили народы на другом конце света.

- Откуда ты? - спросил он, как можно более бесстрастно.

- Я? - отвлекаясь от своих мыслей, подняла на него блестящие задумчивые, огромные глаза, девушка. - Не помню. Пираты захватили корабль, на котором я куда-то плыла, пытаясь убежать, поскользнулась, если верить рассказам очевидцев, и сильно ударилась головой о палубу, - закончила она рассказ.

Аглая шла, не отставая от него ни на шаг, легко ступая, с гордо расправленными плечами.

- В своей стране ты не была рабыней, - продолжил развивать свою мысль Гер, - скорее всего, ты знатного происхождения. Возможно, тебя ищут родные.