Считайте, что с этой ночи у вашей дочери перед ним нет никаких обязательств, – эльф был непреклонен.

– Я герой войны и сражался вместе с королем за наш мир, – голос отца звенел от ярости. – Если надо, я подам прошение лично его величеству об освобождении моей дочери от каких-либо обязательств перед вами!

– Передо мной у прекрасной девушки нет обязательств, – мягко улыбнулся эльф. – Только перед ее супругом…

– Он ей не супруг! – проревел отец. Никогда не видела его таким взбешенным. Стало страшно и за папу, и за эльфа. Но за папу страшнее.

– Хочу напомнить, – глава делегации ушастых поражал своим спокойствием, – что мой народ сражался в минувшей войне наравне с людьми и так же нес потери и погибал. Наш вклад трудно переоценить. Как и возможности от только-только установившихся дипломатических связей между нашими королевствами.

Да, до этого мы враждовали с эльфами. До открытых военных действий доходило редко, но друзьями мы никогда не были. Эльфы – закрытая и малочисленная раса, но очень магически одаренная и, несмотря на кажущуюся внешнюю хрупкость, весьма сильная.

Но когда в наш мир вторглись жуткие существа, не похожие ни на кого ранее виденного, мы смогли объединиться перед общей угрозой.

И сейчас дело пахнет дипломатическим скандалом.

– Вот и посмотрим, кто кого, – зло заключил отец.

Эльф чуть склонил голову, признавая за оппонентом право поступать так, как ему заблагорассудится.

– Мы забираем Виолетту и уходим, – заявил папа. – В академии она не останется.

Я сглотнула. Значит ли это, что моя учеба закончена насовсем?

Папа схватил меня за руку и вывел из кабинета, тяжело опираясь на трость. Мама вышла следом. Я же не знала, что делать и куда себя деть от стыда.

– Простите… простите меня, пожалуйста…

Смотреть в глаза родителям я не могла. Так их подвести, так опозорить…

И о чем я только думала? Почему решила, что мой дурацкий поступок останется безнаказанным?

– Извиняться потом будешь, – обрубил отец. – Сейчас надо думать, что делать. Едем домой, а там разберемся.

– Вещи, мне надо кое-что забрать, – я умоляюще посмотрела на папу.

Большая часть моей одежды была здесь. Но одежда не главное. Конспекты. Вдруг я еще смогу доучиться и исправить все то, что натворила?

– Какие еще вещи?! – прикрикнул отец.

– Джозеф, ей и так нелегко, – попросила мама, осторожно беря отца под руку.

– Всем сейчас тяжело, – но папа чуть смягчился. – Мы ждем тебя в экипаже.

Я побежала по лестнице вниз, а потом на выход из главного здания в общежитие. К концу забега я порядком запыхалась и влетела в нашу комнату раскрасневшаяся.

– За тобой будто пришельцы гнались, – Ники, наверняка не находившая себе места все это время, тут же бросилась ко мне.