— Ага, но я уже в машине понял, спутали они меня с каким-то уголовником, который из тюряги, что ли сбежал. Он тоже был в фиолетовых штанах вроде.

Я в шоке, пытаюсь переварить услышанное. Тут даже Холодов не нашелся, что сказать. Мы в полной тишине переглядываемся друг с другом, а мой Дудкин, ничего не замечает и продолжает дальше.

— В общем, едем мы в этой тачке, я им пытаюсь объяснить, но они совсем глухие, я уже придумал, как засужу их… ну едем дальше, они хотели в отделение меня везти, но им велели еще куда-то заехать, я не понял. Ну и погнали по горной дороге. Я себе весь зад из-за них отбил.

— Бедняга, — вздыхает Ярик. — Как тебя могли спутать с киллером, даже мне не ясно, но так тебя ж днем повязали, где тебя всю ночь носило?! По горам?!

— Ну да! У них их тачка сломалась, на ровном месте, практически. Я только отлить попросился…

— Стоп-стоп! В смысле отлить? — переспрашивает Люба. — Ты…

— В туалет он захотел, по-маленькому, — улыбается ее муж. — После этого у них тачка и сломалась. Неудивительно даже.

— Зря ты ржешь! — устало отмахивается от друга Альберт. — Я их еле упросил, думал, взорвусь у них в тачке.

— Они наверное, тоже так решили, — теперь уже Кир радостно улыбается. — Ты, поди, окропил их ментовскую коробку, вот она и не выдержала омовения.

— Не, ну ты чего, она просто не завелась. И рация почему-то вырубилась. Тут они сами чуть в штаны не наложили, уже темно, связи нет, мобильные не ловят. Заехали в какую-то глушь, ей-богу! Ни домов вокруг, даже машины и то не проезжали… В общем, испугались, что я от них то ли сбегу, то ли убью, я так и не понял. Но часа два мы там проболтались, пока какие-то туристы не проехали мимо, тоже заблудились, кстати.

— Обалдеть! - только и смогла я вымолвить. — Даже для тебя это слишком.

— Ага, когда другие менты к нам подъехали, наша тачка как по волшебству завелась. Чудеса просто. Никто так ничего и не понял. До отделения доехали уже ночью, ну там и разобрались. Спасибо, что не в СИЗО. Как я понял, Ярик, твой дядя там какого-то генерала вытащил из бани… ну да черт их знает! Когда все выяснили, мы с ними почти подружились.

— У меня нет слов, Ал! Просто вышел погулять?!

— Ну да, — он улыбается мне счастливой улыбкой младенца. — Все ж нормально. Я живой и завтра женюсь.

— До завтра больше не гуляй, Ал, — опять встревает Холодов. — А лучше и после свадьбы тоже… не надо. Только с женой. Ну и со мной можно.

У меня на языке вертится пара ласковых для Ярика — мне есть, что вспомнить про их с Алом похождения, но я молчу, конечно. Без Василия Федоровича еще не факт, что отпустили бы так быстро.

— Ин, идите и правда к себе, отдыхайте, — Кир встает с дивана и вытаскивает из кармана гудящий мобильный. — Мы сами справимся со всем.

Я даже не спорю, тяну Ала за собой и держа его за руку, веду к лифту.