Впрочем, договор и так уже нарушен, и не раз, так что похер.

Итак, что же выбрать? Впрочем, чего тут думать — возьму ее к столбам, проведу эксперимент, без всяких клятв. Если выживет — будем решать. Если нет, то и ладно. Не насильно же я ее туда тащу.

— Хорошо. Ты поедешь со мной. Клятву пока приносить не надо.

— А секс?

— Твое Высочество так хочет потрахаться?

— Нет, но ты же сам сказал, это обязательное условие…

— Я пошутил. Думал, ты сразу откажешься.

— Однако ты был очень в этом убедителен.

— Значит, из меня получился хороший актер. Не люблю брать женщин без их желания.

Я кто угодно, только не насильник. Меня любить надо, да и бревна в постели меня не привлекают. Однако одно условие все же есть. Точней, два. Первое — вся твоя свита идет лесом. Мы едем в моей машине, и в сопровождении только те, кому я должен отдать заряженную метку, подтверждающую зарядку столбов. После ее получения они испаряются.

И второе — я главный. Всегда, везде и во всем. Что бы я ни сказал, воспринимать это нужно как откровение богов, что бы я ни сделал, считать божественным деянием. Что бы тебе ни привиделось, как ты к этому ни относишься — молчишь, пока твоего мнения не спросят.

Ты пока самый бесправный чл… в смысле, участник нашей команды, и твое слово ничего не значит. Мое уважение и постоянное место рядом надо заслужить. У нас, если что, дедовщина и все такое.

Ну, и самое главное — клятва. Все, что ты увидишь, ты не имеешь права рассказывать кому бы то ни было без моего разрешения. Приносишь ее прямо сейчас, а дальше мы обедаем — и поскакали в ритме безумных кроликов.

— Это как?

— Быстро и пугая всех морковками.

— У меня нет морковки.

— Купим. Морковку у нас в команде любят в обязательном порядке.

Она улучшает зрение.

— Чтобы лучше видеть?

— Нет, чтобы не видеть то, что видеть не положено. Все, не путай меня, и так времени много потеряли. И да, для всех — пусть думают, что ты мне принесла магическую клятву верности.

— Ее легко заметить.

— Не заметят, — взяв ее за руку, я влил в нее свой эфир, смешанный со всеми стихиями. Долго он в ней не продержится, но на часов пять хватит.

Глядя на ее расширившиеся от ужаса глаза, я усмехнулся. Ну да, страшно вот так вот. А если бы я не рассчитал дозу — лопнула бы как воздушный шарик.

Свернув полог, я подозвал официанта и сделал большой заказ, на себя и на Лизу. И не успели мы начать есть, как в кафе вломилась вся удаленная ранее толпа. Я на них, конечно же, не обратил внимания, оставив вести все переговоры девушке.

Ну, та и повела, да так, что все аж заслушались. Ага, все, кроме Котлярова, который, судя по всему, имел совсем другие приказы насчет принцессы.

— Я отменяю вашу поездку к столбам, -заявил он с присущей всем служакам категоричностью.

— Вы не можете этого сделать.