И (диво невиданное!) розовеет под его взглядом, как смущенная старшеклассница. 

Впрочем, я бы тоже покраснела, если бы на меня кто-то смотрел так, как Тайберг на Катрин. 

— Да! — восторженно выдыхает некромант. — Давно надо было вытащить тебя из этой серой мерзости.

Он в два шага преодолевает расстояние до двери, сгребает монашку в объятья и целует. Долго, напористо и так непристойно, что у меня начинают гореть щеки. 

Нет слов. Молча перевожу взгляд на Роя и ловлю на его лице отражение своего ошеломления. 

— Так, ребенок, порка отменяется, — объявляет Тайберг, оторвавшись от монашки на мгновение.

— Мне нужно поговорить с женой. Наедине. Лучше в спальне. 

Эй, погодите?! Он сказал “женой”?!

Да что вообще происходит в этом доме?!

Глава 34. Магия хрустящих банкнот

Ответа на вопрос я так и не получаю. Стоит сладкой парочке исчезнуть, как появляется Наиля с производственным вопросом. И я, забыв мечты о свежем платье и кровати, бегу к флигелю, чтобы разобраться почему помада в котле, вместо того чтобы густеть, собирается комочками и можно ли еще хоть что-то спасти.

Спасение отнимает два часа, к концу которых я еле держусь на ногах.

Это замечают даже работники.

— Идите леди, дальше мы сами.

— Знаю я как вы “сами”, — бурчу я, все еще злая на них за промах, чуть было не угробивший целую партию товара. От запаха масел кружится голова.

Наиля робко трогает меня за плечо.

— Вам бы поспать, леди.

— Не том свете отоспимся! А ну покажи мне, как вы развешиваете граммовку.

Наверняка ведь где-нибудь накосячили! 

Я еще раз прохожусь с ними по техпроцессу, с подробным объяснением что и зачем мы делаем на каждом этапе. Потом лезу смотреть отчеты за потерянные из-за Аншлера сутки, а разобравшись с ними, перехожу к проверке состояния товара на складе.

Мало ли что эти криворукие наварили пока меня не было рядом… 

Все заканчивается появлением инквизитора, который берет меня на руки и просто уносит, не слушая возмущенных требований поставить туда, откуда взял. При виде исходящей паром ванны мой запал внезапно потухает. Я обмякаю в его руках, покорно позволяя себя раздеть. И засыпаю прямо в горячей воде.

Уже сквозь сон чувствую, как Рой вынимает меня, обтирает пушистым полотенцем. Постельное белье свежее и пахнет лаймом… 

— Спи, — говорит он, целуя меня в лоб.

— Я разбужу тебя часа через три. 

— А ты? — хочу поймать его за руку и утянуть в постель, но инквизитор уже у двери. 

— А я пока побеседую с твоим “дядюшкой”.

— Если поубиваете друг друга, я очень обижусь, — предупреждаю я, утыкаясь носом в подушку. И шепчу совсем тихо, чтобы он не услышал. — Люблю тебя. 

Предупреждение возымело эффект. Когда три часа спустя я просыпаюсь, почуяв прямо под носом восхитительный аромат свежего кофе, инквизитор выглядит живым и даже здоровым.