Внутри все скручивается в ледяной узел, стоит представить, как тепло в твоих глазах сменяется отвращением и арктическим холодом. Меня почти тошнит от страха… 

— И… когда все это случится? Ну, наша свадьба и все остальное… 

— Не быстро, — он вздыхает. — Сначала мне придется разобраться с… с одним вопросом. Надеюсь покончить с ним за несколько недель. Потом нужно будет представить тебя ее… той особе. Также отнимет время определенная шумиха в прессе, запуск нужных слухов через службу лорда-канцлера. И после объявления о помолвке потребуется выждать хотя бы три месяца, чтобы все удостоверились — свадьба не прикрывает грешок.

 

— Беременность. Если слишком поспешить, непременно пойдут такие слухи.  

В другой ситуации я бы закатила глаза и разразилась речью на тему ханжей, которым заняться больше нечем, кроме как свечку держать. Но сейчас меня слишком пугает другая мысль.

— Рой, но мы ведь не… 

— Я регулярно посещаю целителя и обновляю предохраняющее заклинание, — успокаивает он меня с улыбкой. 

Ну… стоит порадоваться, что Рой такой предусмотрительный. Однако я почему-то чувствую себя уязвленной.

— Весьма мудро с вашей стороны милорд. Надо полагать, в такой регулярности есть необходимость? 

— Конечно есть. Вот, сегодня пригодилось, например, — он усмехается, и я понимаю, что моя наивная попытка выяснить что-то про личную жизнь инквизитора не осталась незамеченной. — Не ревнуй. Так в чем ты хотела признаться? 

Хотела, да… Но с учетом всех обстоятельств с признанием можно не торопиться. Раньше чем через полгода меня к алтарю не потащат. 

А за это время есть шанс, что сдохнет или ишак, или падишах… В смысле — или появятся еще какие-то препятствия на пути к нашему браку.

Или у моего инквизитора пройдет эта странная блажь. 

“Не пройдет” — понимаю я, глядя в его спокойные серые глаза. Я сама упрямая, но упрямства милорда Фицбрука хватило бы на пятерых таких, как я.

Да и не хочу, чтобы проходила. Мне до сладкой дрожи льстит, что этот сильный привлекательный мужчина настолько жаждет назвать меня своей, что готов на любые безумства и риски.

Вот только… что останется от его любви, когда он узнает правду? 

А рассказать ее все равно придется. Иначе расскажет Аншлер.

И простит ли мне Рой новую ложь? У меня слишком много тайн. Вот взять хотя бы мессера… 

— О… родне, если так можно выразится, — издаю неуверенный смешок. — Точнее… Демоны, просто не знаю с чего начать. 

— С начала, — подсказывает Рой. — Большинство людей предпочитают рассказывать истории именно так. 

Издевается? Я с подозрением кошусь на него, но вижу только теплую улыбку. Рой определенно не верит, что я могу скрывать что-то серьезное

Ох, как же он ошибается.

— Ну хорошо, пусть будет с начала.