Не думал о выгоде, не прикидывал шансы на успешное завершение дела без говорящего на эндаре свидетеля. 

Он просто хотел ее спасти. 

- Девушка не пострадала? 

Целитель пожал плечами.

- Насколько я знаю, нет. Но подробности про ее самочувствие лучше узнавать у леди Эгмонт. 

Рой хотел спросить при чем тут Даяна, но не успел. 

- Очень настойчивая и бесстыжая особа, - с неодобрением продолжал целитель. - Представляете, когда вас принесли, она спустилась в одной ночной сорочке. Ее видели четыре полицейских и господин Каннингем, а она даже не покраснела. И после… она не скрывает, что два дня сидела у вашей постели и лично ухаживала. Незамужняя леди в комнате мужчины! Ваша подопечная совершенно не уважает правила приличия… 

- Да, она такая. Не ставит условности выше здравого смысла, - пробормотал он с теплотой вспоминая, как убеждал Даяну в необходимости дуэньи. И как она пришла, чтобы разбудить его от кошмара.

Зря он тогда наорал на нее. Чего испугался на самом деле? Что она увидит его слабость? Или что узнает слишком много о его прошлом и запрезирает?  

Целитель неодобрительно поджал губы. 

- Такое ощущение, что вы поддерживаете подобное поведение. 

Мысль о том, что Даяна, пока он находился без сознания, была рядом казалась… приятной? 

Но тут господин инквизитор вспомнил, что бдение у постели включает в себя кроме трогательного промакивания лба больного чистой салфеткой такие прозаические вещи, как вынос утки, и резко поскучнел.

Ладно, леди не занимаются подобными вещами, для этого существуют служанки. Хотя… Зная Даяну… 

Нет, об этом даже думать не хотелось.  

- Учитывая ее репутацию…

Рой внезапно разозлился.

- А что не так с репутацией моей подопечной? - спросил он ледяным тоном. - Леди Эгмонт избавила город от дракона, сняла проклятье с особняка и помогла мне накрыть шайку работорговцев. Какой именно из этих поступков вы находите неприемлемым, доктор? 

- Подозреваю, что все, - раздался насмешливый голос со стороны двери. - Благовоспитанной леди не пристало заниматься таким безобразием. Уверена, что правило: “Никаких драконов и работорговцев” золотыми буквами вписано в кодекс приличных юных дев. А всех, кто его нарушает, ждет эцих с гвоздями и всенародное осуждение. 

Створка приоткрылась и в щель заглянула знакомая кудрявая голова. 

- Подслушивать… - начал он.

- Вы правы - совершенно недопустимо. Поверьте, доктор, я полна раскаяния. В свое оправдание скажу, что это получилось случайно, - Даяна заговорщицки подмигнула Рою, и господин старший инквизитор почувствовал, как губы сами собой непроизвольно раздвигает улыбка. 

Она необычная. Упрямая, целеустремленная, гордая. Порой слишком сильная для женщины, порой удивительно ранимая.

И рядом с ней хочется улыбаться.