Я-то знаю насколько на самом деле моя история далека от сказки про умненькую трудолюбивую Золушку. 

Так и тянет открыть людям глаза. Но имею ли я право отбирать у них надежду? 

Людям нужны вдохновляющие примеры. Чтобы не бояться мечтать и рисковать. Жесткая социальная структура Эндалии давно подгнила изнутри, любой сильный пинок разломает ее в щепки. 

Поезд ползет, останавливаясь на каждом полустанке. Кто-то сходит, подсаживаются новые пассажиры. За окном медленно вечереет.

Уже сильно за полночь, когда мы прибываем в Ларуссу — крупный город, размерами почти сравнимый с Арсом.

Ажиотаж вокруг моей персоны поутих, и я клюю носом у окна. 

Ощущение опасности накрывает внезапно и резко, без видимых причин. Вздрагиваю и озираюсь, пытаясь понять, что именно вырвало меня из дремы, но в вагоне все спокойно. Утомившиеся от долгого путешествия, пассажиры похрапывают на лавках. Где-то на другом конце хнычет ребенок.

Уже успокоившись перевожу взгляд за стекло на залитый светом фонарей перрон, и по спине пробегают ледяные мурашки страха. Это же… 

Будь я проклята, если это не подручные Аншлера!

Они движутся к поезду от здания вокзала бодрой рысью.

Впереди вышагивает секретарь — я прекрасно запомнила его еще по яхте. За ним те самые “двое из ларца, одинаковы с лица”. И еще целый отряд парней габаритами поменьше в форменных куртках. 

В памяти тут же всплывает дирижабль, и мне хочется побиться головой о стекло. Можно было предвидеть, что миллиардер не позволит мне уйти. 

— За мной гонятся! Берт! — трясу за плечо того самого здоровяка, что выбил мне местечко у окна. — Нужна твоя помощь! Срочно!

Когда люди Аншлера поднимаются в вагон третьего класса, меня в нем уже нет.

Я на четвереньках ползу под стоящим на соседних путях товарным составом, пачкая в дегте и без того немного потрепанное приключениями платье.

Впрочем, если машинисту товарняка приспичит тронуться именно в этот момент платье станет наименьшей из моих проблем. 

Осторожно выпрямляюсь и пытаюсь рассмотреть сквозь зазор между вагонами, что происходит в пассажирском поезде. Один из людей Аншлера о чем-то оживленно беседует с проводником. Остальные в вагоне — опрашивают пассажиров. 

Только бы работяги не подвели! 

Проводник меня запомнил, слишком уж я выделяюсь на фоне обычных пассажиров третьего класса.

И он наверняка поклянется, что леди Эгмонт с поезда не сходила. 

Дальше все зависит от того, сумеют ли мои новые знакомые достаточно убедительно соврать. Так, чтобы люди Аншлера поверили — я сошла еще две станции назад на безымянном полустанке. 

Если мне повезет, ищейка миллиардера не будут слишком дотошными. Поверят, что проводник просто прозевал мой уход, и помчаться к тому полустанку — расспрашивать жителей окрестных деревень.