Это было сказано таким тоном, что Гарнет рассмеялась и воскликнула:

— И будешь покровительствовать тому художнику! Как его зовут, кстати?

— Андреа Джезетт, — ответила я, ожидая очередную дружескую подколку, но Гарнет посерьезнела, посмотрела сперва на Мириэль, а потом на меня и переспросила:

— Андреа Джезетт? Сам Джезетт? Ну ничего ж себе!

— Он выдающийся художник, да? — спросила Мириэль, и Гарнет воскликнула:

— Он великий художник! Он уже бессмертный, его работы это то, что навсегда! Ох, Мири, ты просто не можешь его упустить! Повезло же тебе, с ним ты точно останешься в веках. Это не какой-нибудь драконий задавака, это гений!

Мириэль озадаченно посмотрела на меня. Я кивнула, подтверждая: да, великий живописец, да, его нельзя упускать. Интересно, почувствует ли Андреа, что драконица, в которую он влюбился, тоже им заинтересовалась?

Наверно, почувствует. Художники очень чутки к таким вещам.

— Теана его сразу узнала, — заметила я, решив не уточнять, как Андреа этому обрадовался. Незачем. — Была в полном восторге от знакомства. Интересно, кстати, где она сейчас?

— Уже в столице, — махнула рукой Гарнет. — Пытается вернуть свой прежний облик, и моя матушка ей очень сочувствует.

Да, я еще в своем мире видела такой феномен, когда свекровь начинает дружить с бывшей женой против нынешней избранницы сына. Ну и пусть себе дружат. У Бриндана есть своя голова на плечах, он сделал выбор и не откажется от него.

Я вспомнила его лицо, когда он смотрел на меня в руках Шерла. Отчаянное, переполненное болью и желанием отдать жизнь, лишь бы я была в порядке.

Я могла бы смотреть на него вечно.

— А что она думает по поводу того, что Теана уничтожила кладку? — поинтересовалась я. — Это же ее внуки как-никак.

— Ты человек, Джина, и не до конца понимаешь драконов, — ответила она. Я ожидала услышать снисходительность в ее голосе, но этого не было. — Для драконов важны семейные узы, это верно, но золото и власть для них намного важнее. У нашей с Брином матушки и Теаны общее стремление изгнать тебя и занять место возле хозяина источника волшебства, оно и соединяет. А внуки… ну что внуки, будут новые кладки и новые дети.

Я невольно поежилась. Такой подход казался мне мерзким. Перешагивай через своего сына, через его желания и чувства, лишь бы добиться своего.

Впрочем, разве у людей не так? Сколько свекровей воюют с невестками?

— Я все понимаю, у людей такое сплошь и рядом, — ответила я. — Но не принимаю. Это неправильно.

Гарнет рассмеялась и погладила меня по плечу.

— Теперь я вижу, почему ты истинная пара моего брата, — сказала она, — у Брина очень четкое понимание того, что правильно, а что нет. И вы с ним в этом сходитесь. И я знаю, что с тобой Брин будет счастлив.