Удобно, что унтер-офицер находился чуть в стороне от своих подчинённых, Андрей вышел в реальность за его спиной и, прикоснувшись левой ладонью, объятиями сумрака, затратив один гит, отправил командира отряда в глубокий магический сон. При нём имелись защиты в виде браслетов не обеих руках, но они не воспринимали это теневое заклинание как атаку.

Поначалу никто из остальных вояк ни появления незнакомого ола, ни то, что десятник свалился мешком на землю, не заметили. Четверо приподнимали один край повозки, двое подкатили бочонки, чтобы использовать их в качестве подпорок, один расшатывал колесо, пытаясь его снять, остальные просто зубоскалили.

Одни из державших телегу пошутил:

— Файлет, ты, как с той бабой на хуторе справиться не мог толком, так и с колесом возишься.

Клертонцы, ещё не понимая, что доживают последние минуты жизни, радостно заржали. В это время выставленные для наблюдения их товарищи уже валились на землю вслед за десятником, только тот ещё оставался живым, а этих наконечник льда, самое слабое из подаренных Мариной заклинаний, и смертельная удавка от Аиды уже отправили на перерождение обоих.

Второго меча Немченко с собой в поход не брал, но против оставшегося десятка ему сподручней было действовать двумя клинками, и он взял в левую стилет, лезвие которого длиной не сильно уступало пехотному гладиусу. Именно этим оружием благородный Анд, сделав быстрый широкий шаг, и нанёс первый удар, вонзив нож точно под левую лопатку одному из пары вояк, стоявших первыми на его пути.

Удар в сердце, хоть и не вызывает немедленной смерти, но не позволяет издать громкого звука из-за сильного болевого шока, клертонец захрипел, задёргался и начал падать. Меч ола Рея уже был занесёт над соседом только что убитого, но тот, видимо, что-то почувствовал ещё до того, как услышал предсмертные хрипы товарища, и успел атаковать адепта семи стихий.

Оружие всех солдат не было готово к бою, копья оставались при лошадях, там же, где арбалеты и круглые небольшие щиты, а мечи находились в ножнах, но это не помешало второму противнику нанести поражение благородному Анду смесью запахов гнилых зубов, чеснока и тухлых яиц, обдавшего землянина при выкрике тревоги:

На этом жизнь гнилозубого оборвалась. Его химическая атака хоть и заставила землянина на инстинктах откинуть голову, большего ущерба не причинила. Солдат, пробитый клинком насквозь, завалился набок, отдав вслед за своим приятелем тень в магическую копилку ола.