Потянувшаяся схватить его за грудки рука лишь мазанула по воздуху, сам же эльф успел соскочить на подножку козел со своей стороны, оказавшись вне досягаемости моего праведного гнева.

– Игорь, ты это! Я не вру! Там впереди выход! Просто он ещё далеко, и ты его не видишь!

Встряхнувшись, я с силой потёр лицо, пытаясь хоть капельку взбодриться. Что-то я распсиховался, но этому было разумное объяснение. Мы находились в этой проклятой всеми местными богами каменной кишке уже до фига и больше времени. Почти целые сутки, если верить Гуэню. Часов ни у кого не было, да и не видел я ещё здесь ничего похожего на них.

Хотя было бы забавно, если бы какой-нибудь эльф вытащил из кармана брегет на цепочке. Разрыв шаблона мне был бы гарантирован.

– Ладно, извини. Хотя… ты сам виноват, шовинист недоделанный, не выпендривался бы, не было бы шансов получить по рогам.

– Слушай, Игорь… – контрабандист забрался обратно и легонько ткнул меня в плечо. – Ты уж извини, ну насчёт того, что я тут тебе про людей наговорил. Ну ты же понимаешь, что я не со зла, да и не про тебя, а про местных. Осада замка, то да сё! Такое дело, ну в общем накатывает иногда на меня в такие моменты.

– Проехали, – со вздохом ответил я и, покосившись на соседа сквозь пальцы, спросил: – Далеко ещё?

– Да полчаса будет, – в свете маршевого фонаря абрис Гуэня казался угольно-чёрным, – не больше. Знаешь, что я тебе скажу…

– Люди, эльфы… Какая разница! – зло прошипел эльф, выводя Гобика в очередной поворот. – Вот карлики – да. Всё зло от них!

Я тихо сплюнул и не ответил на столь интересное предложение, дружить вместе против дворфов. Впрочем, его можно было понять. Не меня одного достали эти долбаные норы.

А если учесть, что последние сутки мы почти не отдыхали, а эльфу к тому же, как единственному полноценно зрячему, приходилось править животинкой, то нервозность и разыгравшаяся у ушастика ксенофобия были вполне естественны. Все хотели как можно быстрее выбраться из этого лаза на свежий воздух. Ну а если там удастся найти нормальную кровать, это будет просто великолепно.

С мыслями о небе над головой и отдыхе пролетел последний отрезок подгорного пути. Мне же последние десять минут приходилось сдерживать себя, чтобы не отобрать поводья у эльфа и не начать подгонять гобика.

Даже привыкшие к темноте глаза уже отчётливо видели отблески рассветного солнца, проникающие в туннель, да и сам он распрямился и вытянулся. Стал прямым, словно стрела, да к тому же пошёл под уклон.

А когда мы выехали в небольшую долинку, расположившуюся у подножия горы, и многие тонны камня перестали давить на голову, плечи и психику – я почувствовал, как меня отпускает. Жизнь показалась прекрасной, свежий воздух сладким, а возвышающиеся над нами горы – величественными.