Пытаюсь держаться подальше от людей, чтобы не срываться на них.

— Светлана, — сталкиваюсь с главным эйчаром компании. — Антиповой нет на месте. Перенесите все мои встречи, — говорю ей и быстро направляюсь в свой кабинет. Не хочу никого видеть.

— Что делать с Евой Эдуардовной? Увольнять? — семенит за мной по коридору.

Мне совсем не нравится ее удивленный тон. Останавливаюсь.

— Не заставляйте меня повторять по два раза, — пытаюсь держаться.

— Оформить отпуск, — бубнит себе под нос. — Встречи отменить. Хорошо, Виктор Александрович. Я пришлю к вам пока другую помощницу.

— Не надо, — обрубаю ее. — Сегодня мне не понадобится.

Захожу в кабинет, оставляя Светлану позади. Совсем равновесие потерял. Сажусь в кресло, потираю свои виски. Как бы отвлечься от ненужных мыслей? Оглядываю стол и начинаю перебирать бумаги с место на место. Пытаюсь вникнуть в процесс. Ничего не должно мешать работе.

Но мысли вообще не на месте. Все без толку! Вскипаю.

Невыносимо. Набираю Геннадия. Он единственный кто в курсе всей этой суматохи. Даже Евгения не хочу втягивать во всю эту авантюру. Хотя получу потом от него, что молчал. Но не важно, с ним по факту разберемся.

— Да, Виктор Александрович, — за что я его уважаю, всегда сразу берет трубку.

— Геннадий, Ева еще не появилась на работе, — мой голос обеспокоен. — Думаю надо ехать к Людмиле, — отвечаю, я одержим и это не нормально.

А еще мне кажется, что меня кто-то проклял. Какая-нибудь брошенная девица загадала на новый год, чтобы я страдал! Стоило же мне влюбиться в «проблемную». Столько девушек рядом, хватай любую и иди. Но нет, так же не интересно.

— Вас понял, сейчас подъеду.

Через пять минут мы уже снова мчали к Людмиле. Она совсем не удивилась нашему приходу. Просто молча, открыла дверь и сразу прошла в комнату, села на диван. Я, правда, был в восторге от этой женщины. Сильная, волевая и хрен какую информацию из нее вытащишь. Я бы точно устроил ее к себе тайным агентом. Уверен, она бы и под дулом пистолета молчала бы как рыба.

Она и не скрывала, что знает местоположение Евы, но не говорила его нам.

— Людмила, пожалуйста, — первый раз в жизни я умолял кого-то.

— Виктор, дорогой, сказала же, что не могу сказать, где она. Все с ней хорошо, этого достаточно.

Вскипаю. Но на Людмилу орать не позволяю себе.

— Тогда я буду тут до тех пор, пока она не вернется, — мой тон серьезен. — Все, никуда не уеду.

— Виктор, ну чего вы так. Езжайте по своим делам. Все у Евы хорошо, — слегка улыбается.

А я не верю! Не может ей быть сейчас хорошо. Это не то хорошо, которое бы устраивало меня.

— Людмила, дорогая, прошу вас, — сижу перед ней на корточках и держу ее за руку. Да я так в детстве перед родителями не прогибался.

Качает головой. Не собирается сдаваться. Переглядываемся с Геннадием.