Что? О чем ты думаешь, Слава?! Успокойся уже, что за реакции?!

– В следующий раз, если соберетесь носить тяжести, обязательно попросите кого-нибудь помочь, – улыбается босс, окидывая меня хитрым взглядом. – Лучше, конечно, меня, а то обижусь.

Растерялась от подобного заявления и, не придумав ответа, отвернулась к спасительно открывающимся дверям лифта.

Почти у самого входа в приемную замечаю, что у меня расстегнулся ремешок на одной из туфель и неумолимо цепляется за новые колготки. Так, вот этого я точно допустить не могу, тем более в начале рабочего дня.

– Спасибо вам большое, дальше я сама, – останавливаюсь я и обращаюсь к начальнику. После чего, рассчитывая на то, что босс зайдет в приемную, присаживаюсь на край кресла, чтобы застегнуть ремешок. Но, видимо, меня не так поняли. Или не захотели понять.

Резко распахнув дверь приемной, Станислав Юрьевич вкатывает меня внутрь.

Чувствую, что одновременно заливаюсь краской и улыбаюсь, как дурочка. Поворачиваюсь, чтобы что-то сказать начальнику, но, встретившись взглядом с Бергером, моментально забываю все слова.

Что я там говорила насчет «перехотелось ругаться»? Так вот, не перехотелось.

Более того, улыбаться больше совсем не хочется, а смущение сменяется злостью.

Радует то, что во взгляде напарника читается шок и недоумение от моего эффектного появления. Интересно, что он подумал в этот момент? Хотя нет, совсем не интересно.

Кирилл поднимается и отходит в сторону, чтобы я без проблем откатила на свое рабочее место новое приобретение. С невозмутимым лицом обхожу напарника и вспыхиваю от ярости с новой силой, поскольку наблюдаю на своей половине стола кучу тех папок, что использовала в качестве «подушки».

– Спасибо большое, Станислав Юрьевич, – выдавливаю из себя слова как можно милее, при этом зачем-то часто хлопаю ресницами. – Что бы я без вас делала…

– Обращайтесь, Мирослава Вячеславовна, – ухмыляется босс, глядя на свои часы. – А теперь, продурачившись почти час, давайте займемся уже делами. Завтра важный выезд на встречу с будущими партнерами, мне нужно, чтобы вы все выполнили в срок.

Широко улыбнулась вслед уходящему в свой кабинет начальнику и повернулась к Бергеру.

Сидит, как ни в чем не бывало, смотрит в свой ноутбук. Чувствую, что начинаю задыхаться от злости. Так хочется выплеснуть всю обиду и желательно без цензуры! Руки сами собой сжимаются в кулаки, ох, держусь из последних сил. У меня всегда так, копится, копится негатив, а потом побью чего-нибудь или кого-нибудь, так сразу полегчает. Импульсивность моя так выражается, наверное.

В тот момент, когда я уже почти победила внутри себя демона-убийцу, неожиданно напарник поворачивается и… улыбается! Нагло так, а во взгляде читается: «Ну что, милая, поняла, кто здесь главный?».