Сначала меня отвезли в Куэнку, но я там не пробыла и двух дней — меня вывезли в Португалию. Если точнее — в Обидуш. Это вообще крошечный город. Да, он красивый — в основном состоящий из двухэтажных домов между которыми бежали узкие улочки, покрытые брусчаткой. Сами здания белоснежные, но с крышами из оранжевой черепицы. Еще многие стены обвивала лоза из цветов. Если честно, очень атмосферный городок. Казалось, что даже воздух тут совершенно другой — более легкий, но я никогда не забывала о том, что для меня Обидуш являлся своеобразной клеткой.

Практически на окраине городка для меня был снят двухэтажный коттедж с небольшим двориком.

Всего лишь одна горничная и один повар, а, так же, два охранника. Они же являлись моими телохранителями.

Никаких телефонов и интернета. То есть, меня просто отрезали от внешнего мира.

Как только я оказалась в Обидуше, сопротивлялась изо всех сил. Искала пути побега, или возможность связаться с родителями, чтобы поговорить с ними, но добилась лишь того, что примерно через неделю ко мне прилетела мама.

Сразу последовали сухие слова о том, что я должна вести себя хорошо, иначе папа еще сильнее разозлится.

Если же я буду послушной, скоро моя жизнь нормализуется. Вот только, от этих слов у меня сознание сжималось и я уже начинала понимать, что ничего хорошего ждать не следует.

Я пыталась задавать маме вопросы, но она на них не отвечала, а, понимая, что буквально следующим утром она собиралась возвращаться в Испанию, я пошла на отчаянный шаг.

Я решила напоить маму.

Почему-то вспомнила о том, как от нее исходил запах алкоголя, когда мама подошла ко мне перед тем, как меня увезли из отеля. Тогда она взболтнула лишнего и я надеялась на то, что это повторится.

Если честно, я раньше никогда не замечала у мамы пристрастия к алкоголю, но вечером при ней я открыла бутылку вина и предложила выпить вместе со мной. Сразу она отказалась, но, увидев, как я потихоньку пью вино, сидя на улице около бассейна, мама через время подошла и молча наполнила свой бокал. Потом еще и еще.

— Такое гадкое вино. Дешевка, — говорила она, морщась, но, тем не менее, бутылка уже вскоре опустела. При этом, я сама не выпила даже половины бокала.

Этого было мало, чтобы мама разговорилась, но достаточно, чтобы она захотела выпить еще.

Наверное, была уже полночь, когда она все же начала отвечать на мои вопросы. Сначала просто недовольно фыркала, а потом у нее начали проскальзывать интересные фразы.

Например, невзначай начав разговор о Тадео, я спросила, как это никто не заподозрил, что он приемный? Да и я же видела несколько фото, на которых мама беременная.

— Откуда же взялись те снимки, если…

— Я тогда была беременная. Я потеряла ребенка при родах, — мама сразу сделала несколько глотков коньяка.