Порубить ствол этого могущего дерева на дрова Андрейка едва ли мог. А вот посбивать ему толстые ветви — вполне. И, нарубив их трехметровыми кусками, притащить к стоянке на волокуше.

Так остаток дня и провели.

И Устинка, и Егорка старались. После произошедших событий они уверовали в правдивость слов своего хозяина. И теперь предвкушали. Нет. Не уход на все четыре стороны. Им этого не хотелось. Они собирались остаться с Андрейкой. Просто обрести новый статус, избавившись от позорного положения холопов. И это предвкушение наполняли их особо продуктивным настроем. Поэтому до темноты они успели выкопать котлован подходящих размеров.

Андрейка планировал сделать хоть и землянку, но очень основательную, чтобы в дальнейшем использовать не один год. Основное помещение имело размеры примерно такие же, что и сгоревший сруб. Три на пять с двухметровой высотой. Перед ним размещались внушительные сени три на три.

Причем основная часть землянки полностью уходила заподлицо с грунтом холма. А сверху наш герой планировал расположить чердак под двухскатной крышей, на который можно будет забраться из сеней. Чердак в качестве складского помещения. Сухого и нормально проветриваемого. Чтобы там часть припасов поместить.

В сенях он планировал поставить небольшую печь — очаг с отверстием для установки горшка. И заглушкой керамической, когда готовить не требовалось. Дымоход же от нее проложить по полу землянки и вывести наверх у дальней стенки. Для чего требовались кирпичи. Хоть как — то обожженные. Ну или камни. Там как пойдет.

Крыша же им задуманная была простой и основательной. Деревянные жерди накладывались вплотную, укладываясь прямо на стропила и привязываясь к ним лыком. Сверху их должно было покрыть смесью из глины с травой. А потом еще прикрыть кусками дерна. Не самое лучшее покрытие, конечно. Но достаточно крепкое для того, чтобы по нему ходить и снега много держать. Непромокаемое в целом. И достаточно теплое.

Землянка эта, по его задумке, должна была получиться просторной и теплой. А главное, не задымленной. Что он весь вечер и рассказывал Устинке да Егорке. Пока они жевали кашу с рыбой. И слушал их возражения. Как правило не существенные, так как почти все они сводились к «так не принято» или «так не делают». Хотя иногда проскакивали и дельные мысли. Но они больше касались не конструкции, а способов сбора и доставки строительного материала.

Андрейка вдохнул аромат костра и улыбнулся, получше укрывшись одеялом. Жизнь потихоньку налаживалась. И очень хотелось спеть чего — нибудь. Но он знал — читатели это не любят. Да и попал он не в Индию, чтобы петь и танцевать по делу и без. Поэтому он вздохнул и ограничился своими воспоминаниями.

Музыки очень не хватало, как и интернета.