— Что, плохо содержит, или на более новую модель тебя променял?

— А может, ты заткнешься? – взвизгнула девушка. — Если я захочу, ребенка я заберу, ясно?

— Ты отказную написала, – напомнила я. — Не заберешь.

— Уверены? Мы в России сейчас, дорогуши. Я была юна, неопытна, в тяжелой ситуации. В роддоме на меня надавил мой бывший с его дружком – сыном заряженных родителей со связями. И я, в ужасе от депрессии и от того, что пришлось расстаться с ребенком, улетела из страны, – гневно перечисляла Алена. — Встретила хорошего человека, который помог мне справиться с утратой, и как только пришла в себя, я вернулась.

В себя все приходят по-разному. Некоторым, таким сухарям как вы, может и пяти минут достаточно. Три слезинки уроните, и дальше пойдете, а у некоторых это годы занимает. Я сумею достать нужные документы, в Европе я психологов посещала.

— Марьяну тебе все равно не отдадут.

— Может, будь Стас жив, и не отдали бы. Но сейчас его нет, – процедила Алена. — Вы Марьяне никто, родни у нее нет, зато есть родная мать, которая готова доказать, что возьмет на себя ответственность за жизнь дочери. Здесь ведь суды на сторону матери встают.

Я не наркоманка, не алкоголичка. Я родила ее. Думаете, у меня не получится восстановиться в правах, и забрать СВОЕГО ребенка?!

Я похолодела. Все ведь говорило, что у нее не выйдет – логика, законодательство. Но если подумать, если рассудить, то… это ведь возможно. Если Алена наймет хорошего адвоката, соберет бумажки о том, как она страдала, найдет свидетелей скандала в роддоме, который устроил Леша. Господи Боже мой, у нее ведь может получиться!

Я очень привязалась к Марьяне, Леша вообще в ней души не чает. Но если бы Алена по-настоящему раскаялась, если бы Стас оказался мерзавцем, который в сложную минуту сломил волю слабой девушки, которая долго в себя приходила после тяжелой утраты, я бы утешилась со временем.

Родная мама почти всегда лучше приемной.

Но не в этот раз. И не эта конкретная мама.

— Она ведь не нужна тебе, Алена. Пять лет прошло. Пять! – Леша говорил медленно, наверное он тоже понял, что у нее может получиться отнять у нас Марьяну. — Что тебе нужно?

— У мужа проблемы, и очень серьезные, – ровно ответила девушка. — Я потому и вернулась. Телефоны покажите, хочу уверенной быть, что вы не пишете меня… хорошо.

Итак, рассказывать я вам ничего подробно не буду, не ваше дело. У Стаса квартира, она Марьяне перешла, нам с Карлом деньги нужны, и срочно. Либо их даете вы, либо я отсужу ребенка, и получу их, пусть и не сразу. Вот только не надо делать такие лица, – раздраженно воскликнула Алена. — Разумеется, я девочку на улицу не выброшу, как ее заберу, и квартиру продам. У нас временные трудности с мужем, но ребенка мы прокормить сумеем. Не такая я сволочь, как вы думаете.