Один Горин ее не угробил лишь чудом, а если ему будет «помогать» Диана, то девочке, наверное, и правда лучше в приют. Там, возможно, ее хоть купать будут, и она не услышит, что на помойку ее нужно.

— Итак, рассказывайте! Зачем вы выкрали дочь погибшего Власова Станислава Николаевича?

— Я не крал! – возмутился Горин.

— Не крали? Хм, а у нас иная информация, – нахмурился инспектор из опеки. — В больнице есть записи о вашем посещении покойного Власова. Затем вы выехали к нему на квартиру, и забрали ребенка. Наш коллега приехал, когда девочки уже не было там.

Зачем она вам?

— Марьяна – дочь друга, я обещал о ней позаботиться. Это вам она зачем? Я справлюсь гораздо лучше. Меня Марьяна знает, любит меня. И деньги у меня есть, смогу вырастить. А в детдоме что ей дадут – дешевые вещи, деревянные игрушки и невкусную еду?

Я тяжело вздохнула, и покачала головой. А хотелось подойти, и отвесить этому выпендрежнику подзатыльник. Может, он дело говорит, и гордость у человека имеется. Но мажор, видимо, редко сталкивался с адептами великой и ужасной госмашины.

А я сталкивалась, и знаю: нужно улыбаться, кивать, лебезить, и всячески их умасливать. Как бы это все ни претило.

— Про деревянные игрушки знания устаревшие, – холодно отрезал инспектор. — На каждого ребенка в месяц государство выделяет пятьдесят две тысячи рублей в месяц, к сведению. Пятиразовое питание, поездки в лагерь, концерты и конкурсы… вы изучите информацию, прежде чем бросаться подобными словами.

— Все равно, со мной Марьяне будет лучше, – набычился Горин.

— Лучше? – инспектор наморщил лоб, и склонился над столом, оперевшись на локти.

— А вы уверены? Если да, то ответьте на пару вопросов.

— Спрашивайте, – нагло кивнул Горин.

Мы с Дианой переглянулись, и она усмехнулась. Видит, что Горин все портит, и радуется этому.

«Не станет она ему помогать, – поняла я. — Сейчас мажор настроит против себя опеку, Марьяну заберут, и Диана наврет, что ее отец ничего не смог сделать»

— Почему вы не явились в опеку с полным пакетом документов, и не оформили все как следует?

— Сегодня как раз собирался, да не успел.

Вы меня опередили.

— Понятно. Какой у вас уровень дохода? – поинтересовался инспектор. — Официальный уровень, я имею в виду. Зарплата.

Ой, все. Мажор и зарплата звучит также нелепо, как сантехник и трезвость. Сейчас Горин начнет заливать про своего богатого папочку, и я окончательно в нем разочаруюсь.

— Я только устроился на работу, с понедельника выхожу. – вдруг смутился Горин. — Шестьдесят три тысячи – оклад. Справку с работы предоставлю.