Вместо того, чтобы оставить девчонку на заднем сиденье, а самому, как обычно, сесть спереди, я уселся рядом с ней. Оказавшись в машине, она неловко сползла с моих коленей, но ноги не опустила. Напротив, подобрала к себе и, глянув в окно, спросила:

Надо же, оказывается, она ещё может задавать вполне разумные вопросы. На улице всё ещё веяло утренней прохладой, и я как-то инстинктивно дотронулся до её голой ноги. Посмотрел на маленькие ступни. Она дёрнулась и перевела взгляд на меня, будто не ожидала прикосновения.

– В Испании, – ответил я и, взяв её за руку, потянул на себя, вынуждая лечь. Может быть, и не замёрзла, но кожа прохладная. Да и… Чёрт побери, мне просто хотелось, чтобы она была ближе.

– В Испании? – растерянно переспросила она, глядя на меня.

– Да, – убрал волосы с её лба, с виска. – Я думал об Италии, но домик на Средиземном море занят твоей подружкой. Так что… тебе досталась Испания.

Она выдохнула. Как-то судорожно, неровно. Сглотнула и приподняла руку. На несколько секунд ладонь её зависла в воздухе, а после пальцы коснулись моего лица. Прошлись по скулам, по подбородку и исчезли – так же внезапно.

Ну нет… Поймав её ладошку, я коснулся губами запястья и лишь затем выпустил. Стэлла облизала губы.

– Можешь немного поспать, – предложил я, удобнее укладывая её у себя на коленях, а после обратился к водителю: – Езжайте аккуратнее. И никакой тряски.

Виски у Алекса был отменным. Таким же отменным, как и всё, что принадлежало Алексу. Так что стоило ли удивляться? Он же сам сказал, что берёт лишь лучшее. Вот только как среди этого «лучшего» оказалась я – хрен знает. Очевидно, из любых правил бывают исключения, и я являлась именно этим исключением, ибо другого объяснения у меня просто не было.

Единственное, что я почувствовала проснувшись – незначительная тяжесть в голове. Даже пить особо не хотелось, хотя от пары глотков холодной воды я бы не отказалась. Жаль, но вытравить из памяти разбуженные вчера воспоминания, так и не удалось. Зато…

Открыв глаза, я оперлась на руки, привстала и, не успев как следует осмотреться, увидела сидящего в кресле Алекса.

– Мы где? – сипло выдавила я и тут же кашлянула.

Последнее, что запомнилось мне отчётливо: стоящая передо мной на низком столике бутылка виски и стёкла иллюминаторов. А после… После всё превратилось в размазанные пятна, похожие скорее на обрывки сна, чем на действительность. Тёплый жёлтый песок под ногами, пугающее уханье совы, прикосновение губ к запястью, шум проносящихся мимо машин… Вопрос лишь в том, что из этого было сном, а что нет.

Вместо ответа Алекс встал и подошёл к скрытому шторкой окну. Отодвинул ткань в сторону и, повозившись, открыл… очередной иллюминатор.