Бегу к выходу, запинывая недопитую бутылку с колой. В фойе его нет!

В туалете обнаружил, что вся морда в его крови. Улыбаюсь себе, доморощенному вампиру! Ай да я! Ай да сукин сын! Теперь доживём до понедельника и найдем чела с прокушенной губой. Губа не рука, под рукавом не скроешь. В противогазе в школу не придёшь! А если и наденет противогаз, то это и будет мой герой! Мой ублю-у-удок, ты такой нежный и робкий! Я тебя вычислю!

Никогда еще так не спешил в любимо-ненавидимую школу. Шёл, как на политическую демонстрацию: с праведной яростной улыбкой на губах, с верой в свою правоту и силу!

У школы спиной ко мне стоял Ник и курил!

— Эй! Ник! Как дела? — весело кричу ему. Он удивленно поворачивается. И у него РАССЕЧЕНА ГУБА, вспухла, кровоподтёк. У меня спёрло дыхание в зобу. Так! Это Ник! Я знал! Я чувствовал!

Но пока я собирал в кучу слова и мысли, сзади услышал голос:

— Здоровеньки булы! Ник! Че куришь? Одолжи… — это подгребают Бетхер и Макс.

Макс! Что у него с лицом? Во-первых над губой ПЛАСТЫРЬ. Во-вторых, в глазах отчаяние, болезненная усталость. Это Макс! Я так и знал! Я же чувствовал, что это Макс!

Правда, рядом Бетхер рисуется, у того и без того губа была разбита на игре, но сейчас она выглядела более израненной. Он обновил свой кровоподтёк?

Но шок нарастает стремительно, так как идёт радостный Багрон. С РАЗБИТОЙ ГУБОЙ.

— Прикинь, Лютик! Мы же таки подрались с Пугачом! Видал, какие раны? У нас сейчас в команде только ты да Кирюха с целенькими личиками!

— А-а-а.. у Ф-ф-а-ры? Ему тоже разбили губу? — заикаюсь я.

— С трудом можно это представить! – ржёт Багрон. — Он сам им разбил! Но… он же с соревнований покалеченный вернулся. Не дрейфь! Всё нормально, не полезут к тебе! Я курнуть-то успею?

Дальше мне было неинтересно. Я пошёл в класс. Оппозиционная демонстрация ликующих была убедительно разогнана шайкой идиотов с разбитыми губами! На Фару даже не взглянул в классе, и так ясно, что увижу…

Комментарий к Письмо шестое

========== Письмо седьмое ==========

День не задался с самого утра. Сначала облом моего хитроумного плана по поимке писателя. Потом узнаю, что заболел Юпи. На английском схлопотал пару, так как блаженно не делал домашку вчера. В рюкзаке протекла шариковая ручка, обделав позорными пятнами дневник, алгебру и саму сумку. Да ещё и тонна съеденного вчера винограда произвела сбой в работе моего пищеварительного механизма. Почти на каждом уроке сбегал в туалет.

И вновь я в туалете, уже на перемене. Я закрылся в кабинке, живот крутит, стою в нелепой позе. Вдруг слышу: открывается дверь и заходят двое. Продолжают разговор, начатый в коридоре.

— И че? Кто первый начал?

Я сразу узнаю Макса и Эрика.

— На хрена? — интересуется Макс и идёт отлить в соседнюю кабинку.