– Командир задумался на секунду. – Пятый, с борта что-нибудь видно? На крыше есть кто-нибудь?

– Борт – башне: наблюдаете противника?

Рация молчала довольно долго, потом коротко доложила.

– Пусть висят, я туда, – приказал командир и повысил голос, чтобы все слышали: – Пятый за старшего!

Операторы не откликнулись, все они пытались скоординировать перемещения групп согласно докладам о контактах с противником, но Юньшен сомневался, что из этого что-то выйдет. Казалось, система сошла с ума. Враг появлялся там, где его не могло быть, и исчезал из мест, в которых его видели.

– Они расшифровали связь, – сказал Юньшен. – Всем группам действовать автономно и отходить к лестницам.

Операторы переглянулись, будто бы сама идея того, что кто-то может висеть у них на канале, всех удивила. Или, точнее сказать, напугала?

– Так может, сменить частоты? – предложил кто-то.

– Они готовят штурм! – кто-то из операторов вывел на главный экран видео с камеры, которая была связана непосредственно с их наблюдательным пунктом.

Действительно, группа из семи человек и… кто это? Заложник? Юньшен узнал того самого бедолагу с первого этажа. Камера погасла. Очевидно, ее вывели из строя.

– Странная компания, – заметил кто-то. – Трое упакованные, остальные, как клоуны.

– В холле тоже были вроде бы клоуны, они нам показывают то, что нам надо видеть, – резонно заметил кто-то.

– Контролируем лестницу, сдерживаем продвижение, – приказал Юньшен. – Все, кто свободен, – на усиление группы, которая выдвигается на крышу.

Операторы послушно довели приказы и стали ждать.

– Есть контакт! – доложил кто-то.

– Хорошо, пусть держат их. Остальные наверх.

– Я только одного не пойму, почему у нас потерь нет? – спросил кто-то. – Только раненые.

– Они не штурмуют, мнутся.

– Ну, лестница – это вам не из-за угла постреливать.

– Борт – башне, – запросил Юньшен. – Ответьте.

В ответ из рации раздался только треск помех. Все операторы замерли, до них наконец дошло, что ушедшая на крышу группа ничего и никому не докладывает. А в сочетании с помехами это могло говорить о том, что сигнал глушат. Все, кажется, перестали дышать, прислушиваясь. Но звуков перестрелки они так и не услышали. С другой стороны, даже взрывы на крыше были почти не слышны.

– Вы тоже наверх, – приказал Юньшен. – Если не посадим вертолет, нам все равно конец. Если они прорвутся внутрь с крыши – нам тоже конец. Кто-нибудь один остается здесь. Сами решите. Я за шефом.

Операторы с сомнением переглянулись.

– Вперед, – он сам встал из-за стола и вышел из пункта наблюдения, на ходу доставая пистолет, чтобы дослать патрон.

Юньшен с облегчением услышал, как остальные операторы обреченно последовали за ним.