Этот человек явно что-то скрывает от нас всех, необходимо узнать — что именно и по какой причине.

— Возможно, мы тоже знаем его недостаточно. В прошлой Игре он играл вместе с нами… — Ромашин оборвал себя, встал. — Будь внимателен, квистор. Заметишь что-нибудь необычное, постарайся сообщить.

Ивор тоже поднялся, с сожалением подумав, что уходить не хочется, пожал руку Игнату, и тот проводил его к выходу из мастерской. На пороге Жданов задержался, кивнул на ряды скульптур, в большинстве своем изображавших чужих существ.

— Вас не компрометирует это анимационное творчество?

Бывший комиссар понял.

— Наоборот, никто не обращает внимания, все считают мое увлечение чудачеством. Очень удобная позиция.

Из-за спины Ромашина вдруг вышла тоненькая миниатюрная девушка в легком сарафане, облегающем фигуру. Она так напоминала Ясену: тот же овал лица, те же широко расставленные удлиненные зеленые глаза, те же брови вразлет, — что Ивор потрясенно уставился на нее, забыв о приветствии.

— Знакомьтесь, — покосился на нее скульптор. — Моя дочь Мириам.

— Здравствуйте, — улыбнулась девушка, окидывая Жданова смеющимся дерзким взглядом. — Я могла вас видеть прежде?

— Ты видела его мать, — проворчал Игнат. — Она бывала у нас в гостях. Уходишь?

— Да, мне пора на занятия.

— Не возражаешь, если тебя проводят?

Глаза Мириам оценивающе прошлись по фигуре Ивора, и тот впервые в жизни пожалел, что он не атлет.

— Если твой гость не спешит…

— Не спешу, — быстро сказал Ивор.

— Я так и предполагал, — кивнул Ромашин, пряча в глазах веселые искры. — Возьмите мой флайт. — Скульптор посмотрел на Жданова. — Она учится на факультете квистории СЕГУ, который ты закончил.

— Правда? — удивленно глянул на девушку Ивор.

— Правда, — засмеялась она. — Заканчиваю четвертый курс. Потом летняя практика в какой-нибудь археоэкспедиции, дипломная работа и экзамен. Пойдемте, а то я опоздаю на коллоквиум.

Мириам схватила Ивора за руку и потащила во дворик дома Ромашиных, где уже стоял готовый к полету личный аппарат Игната — каплевидный трехместный флайт цвета «брызги шампанского». Игнат проводил их задумчивым взглядом и вошел в мастерскую.

Дом, принадлежащий семье бывшего комиссара, располагался на территории Волоколамского заповедника в зоне владений лиц с высоким социальным статусом. Он принадлежал еще отцу Игната Филиппу, бывшему игроку сборной Земли по волейболу, а потом ее тренеру (в Ветви, откуда к Игнату прибыл его кванк Ромашин-второй, Филипп Ромашин стал конструктором таймфаговой аппаратуры, а потом сотрудником и комиссаром службы безопасности).