Если мы будем останавливаться в каждой Ветви для экскурсий, мы никогда не доберемся до цели.

— Местный Стас вряд ли будет знать, где остановился Ивор Жданов, — сказал Ромашин. — Однако, поскольку я несу ответственность за то, что произошло, мне придется теперь заняться его поисками вместе с вами. Только он способен вернуть патриарха в его Ветвь. Подождите меня здесь, я попытаюсь расспросить Стаса, может, он все-таки что-то знает.

Ромашин скрылся в темной дыре тамбура.

Здание хронобура в этом мире представляло собой серо-синюю круглую башню, покрытую пятнами изморози, и никак не вписывалось в снежно-водно-ледяной ландшафт.

— Кажется, я понял, в чем дело… — проговорил Железовский с сомнением. — Здесь есть жизнь.

— Где?! — в один голос воскликнули Гена Маркин и Паша.

Турели с оружием на их плечах заерзали во все стороны.

— Приготовьтесь к сюрпризам на всякий случай.

Аристарх поднялся на сто метров выше и устремился в сторону купола светила, на которое можно было смотреть без фильтров. Примерно в километре от Ствола из воды торчал айсберг, чем-то напоминающий корабль с плоской палубой. Железовский облетел его кругом и завис над «кормой корабля».

— Что вы там обнаружили? — окликнул его Олег Борисович. — Стоит ли так рисковать?

Железовский не ответил.

— Командир, можно мы его подстрахуем? — спросил Маркин.

Руслан после недолгих колебаний махнул рукой.

— Пошли все. Я не вижу никакой опасности.

Растянувшись цепочкой, они понеслись к ледяному «кораблю» и остановились за спиной Железовского, разглядывающего какое-то необычное образование на «палубе» айсберга.

Больше всего оно напоминало стометровой длины ажурный скелет мохнатой многоножки, слепленный из льда и снега, вцепившийся всеми суставчатыми лапами в плоскую вершину айсберга. Внутри этого «скелета» виднелся пучок перламутровых труб, пронизывающих все тело многоножки, которые вызывали странное ощущение живых внутренностей.

— Что это? — прошептала Надежда.

— Скорее кто, а не что, — тихо ответил Руслан.

— Вы правы, — очнулся неподвижно висящий Железовский. — Когда-то эта «гусеница» была живым существом. Она и сейчас еще не совсем мертва, судя по пульсации биополя, однако находится в состоянии летаргии. К сожалению, на мои оклики она не реагирует.

— Но если мы нашли полутруп, значит, где-то могут водиться и живые «гусеницы»? — заметил Гаранин.

Внезапно в эфир ворвался голос Ромашина:

— Тревога! На меня напали!

«Хронодесантники» оглянулись и увидели блестящую фасолину «кокоса», вырвавшуюся из дыры тамбура вместе с клубом пыли. Фасолина метнула зеленую молнию внутрь отверстия, и из него вырвалась струя огня и дыма.