А мой хронобур почему-то обошел его!

— И вы только сейчас подошли к объяснению феномена?

— Скажем так: я близок к решению задачи. Вот только описать вам это открытие не смогу, в человеческом языке отсутствуют необходимые понятия.

— Попытайтесь, пожалуйста, — попросил Ивор.

Златков усмехнулся в усы.

— Если говорить совсем просто, то идея трансгресса так сильна, что сама явилась причиной своей реализации. Если чуть усложнить ответ, то мы придем к понятию кейроса.

— Кейрос? — наморщила лоб Мириам. — Это что-то из греческой мифологии…

Ивор и Мириам обменялись красноречивыми взглядами.

Девушка засмеялась.

— Боюсь, мои возможности анализа такой информации довольно низки. Я почти ничего не поняла. Например, что такое триединое время? Это и есть кейрос?

— Триединое время — категорийное понятие. Время бывает абсолютным, многомерным, относительным и мнимым. Древо Времен реализует лишь относительные времена, «сдвинутые» друг относительно друга на определенный квант-угол. В рамках этой данности нет ни абсолютного будущего, ни абсолютного прошлого, а передача причинных взаимодействий осуществляется посредством «вмороженных» в Мультиверсум законов.

Древо Невозможных Состояний должно жить в потоках мнимого времени, ограниченных эквивременными поверхностями. Абсолютным же временем может пользоваться только Абсолют, то есть Творец. Хотя и абсолютное может иметь какие-то градации. Я еще работаю над этими вопросами.

— Спасибо за разъяснение, — с иронией поклонилась Мириам.

Златков остался сосредоточенно-спокойным, глянул на задумавшегося Ивора.

— Вас что-то беспокоит, оператор?

Молодой человек очнулся, по губам его скользнула улыбка.

— Я вспомнил аксиому земной журналистики: обращайся к собеседнику как к умному человеку, но не забывай, что он идиот. Наша беседа проходит примерно в этом ключе.

Улыбнулся и Златков.

— Пожалуй, это слишком самокритичное заявление. Надеюсь, вы меня поняли.

— Я тоже не всё, — призналась Мириам. — Не понимаю, как вообще можно рассчитывать то, чего не может быть в природе.

— Ну, скажем, поля семантико-этических дилемм или объемы коэффициентов отображения Абсолюта. И так далее.

— Сдаюсь! — подняла вверх руки Мириам.

 — Мои мозги начинают плавиться. Давайте поговорим о чем-либо другом.

— Пожалуйста, — пожал плечами Златков. — Может быть, вы голодны? Можем пообедать.

— Я бы не возражала. НЗ на завтрак — не слишком приятная трапеза.

— Я тоже хочу есть, — кивнул Ивор. — Но прежде разрешите задать еще пару вопросов. Когда еще появится возможность побеседовать с Судьей Игр.

Златков прищурился, покачал головой.

— Я уже давно не Судья.

— Ну, все равно наверняка имеете возможность общаться с Судейской коллегией.