Вот я и спрашиваю – у тебя такой же системный сбой, или это только мне посчастливилось?

– Вообще-то, по моим прикидкам, я здесь не меньше трех часов и для меня всё ещё стоит ночь, – отвечая, Майло не задерживается, продолжает прокладывать путь в лесу.

– Прикалываешься? – хмыкаю я. – Не смешно. Ты оглянулся вместе со мной, когда взошло солнце. Значит, заметил.

– Не всё является тем, чем кажется. – Перепрыгнув ещё один овраг глубиной всего до колена, Майло сворачивает чуть правее, выводя на относительно прогалину среди растительности, но не останавливается и здесь.

 – Я оглянулся, чтобы проследить направление твоего взгляда, пытался понять, что привлекло твоё внимание. Теперь понятно. Так для тебя уже наступил день? Время здесь ведет себя порой весьма занятно и для каждого наблюдателя изменения воспринимаются индивидуально. Для кого время ускоряется, или замедляется относительно времени на Архипелаге, а иногда просто происходит смещение временного потока. Так что на таймер ориентироваться бессмысленно, лишь запутаешься ещё больше.

– Мог и раньше сказать, – ворчу я, спускаясь за ним по пологому взгорку в очередной неглубокий овраг, которыми лесная почва испещрена словно старческое лицо морщинами.

– И что бы это изменило?

– Информация никогда не бывает лишней, Майло. Чтобы строить планы по спасению, нужно…

Шелестящий звук, переходящий в ультразвук, перебивает мою реплику. Лес словно испуганно замирает. Стихает даже ветерок, прекращая раскачивать листья, вокруг разливается тревожная тишина. Запах сырой земли становится сильнее.

Майло застывает столбом, коротко оглядывается, и я замечаю в его глазах неподдельное беспокойство.

Приложив палец к губам в знак молчания, он передаёт по групповому чату:

В следующий миг я уже несусь за ним, понимая, что это не очередная шуточка пройдохи, все серьёзно. Темные стволы деревьев мелькают по сторонам, сливаясь в сплошную размытую полосу. Сбитые движением тела листья шлейфом взмывают в воздух за плечами.

Взбегаем на очередной холм, скатываемся вниз, и у подножия выхватываю взглядом какие-то древние постройки, полуразвалившиеся от времени и запустения.

Он первым влетает под каменную арку, исчерканную каким-то птичьим орнаментом – сплошь пересекающиеся чёрточки, словно следы от когтей.

Ныряет в темный проход, и тут же резко тормозит меня, когда заскакиваю следом.

Получив требуемое, Майло выскакивает обратно, падает на колени перед входом, спиной ко мне, поэтому не вижу, что он там делает.

Оборачиваюсь. Точно. Подхватываю заботливо приготовленную кем-то кучу аккуратно нарубленных веток разной толщины. Майло выхватывает её у меня из рук, рассыпает там, где священнодействовал, затем бесцеремонно заталкивает меня обратно.