Нос тут же улавливает запах сигарет вперемешку с ее фруктовыми духами, и мне нравится это сочетание. Она снова выдыхает дым мне в лицо и смотрит с такой грустью, с такой тоской, с такой болью.

— Тогда почему тебя так задели мои слова? Как будто ты была в аналогичной ситуации.

— Была, — отвечает, помедлив, — но по другую сторону баррикад. Наши с тобой истории зеркальны. — Отворачивается в бок и глубоко затягивается. Затем возвращает взгляд на меня. — Я была той, с кем изменяют.

Неожиданно. А мне казалось, что она слишком горда для того, чтобы быть второй женщиной.

— Я хоть и знаю тебя всего несколько часов, но все равно могу сказать, что ты не похожа на девушку, которая согласится на позицию любовницы. Ты меня удивила.

Она нервно смеется и качает головой.

— Иногда на то бывают причины.

— А сколько их всего было — тех, кто изменял своим женщинам с тобой?

Она глубоко затягивается, выдыхает дым мне в лицо, а затем склоняется над моим ухом и шепчет:

— Один из них — жених моей сестры. Это случилось за пару месяцев до их свадьбы.

Затем она резко от меня отстраняется и смотрит мне ровно в лицо. А я стою ошарашенный услышанным. Мне не послышалось? Она переспала с парнем своей сестры? Черт возьми, вот это она сейчас будто ведро ледяной воды на меня вылила. Я даже в самом страшном сне не могу представить, чтобы я переспал с женами своих братьев.

Кажется, после ее признания я резко от нее отстранился. Наверняка на моем лице сейчас смятение и растерянность. Я от нее чего угодно ожидал, но только не такого.

Она замечает мое оцепенение и начинает смеяться.

— Ну давай, скажи мне, что я последняя потаскуха, дрянь и мне уготовано отдельное место в аду. Ты ведь об этом сейчас думаешь. — Она прикуривает уже третью сигарету и смотрит на меня глазами, полными слез. — Давай, хороший и правильный мальчик, который смог простить предательство, скажи мне, какая я тварь. Я жду от тебя этих слов. А чтобы тебе было легче их произнести, я добавлю, что не жалею о содеянном. Вернуть время обратно, и я бы сделала то же самое: переспала бы с женихом своей сестры и расстроила тем самым их свадьбу.

И она снова заливается истеричным смехом. Она лжет, когда говорит, что не жалеет о содеянном.

— Не жалей ты по-настоящему, не курила бы нервно и не смотрела на меня со слезами на глазах. И тебя бы не задел мой рассказ о том, что я простил лучшего друга и девушку.

— А с чего ты взял, что я жалею именно об этом случае? Мне плевать на сестру. И, к слову, она меня до сих пор не простила, хотя прошло уже десять лет.

Значит, она жалеет о втором случае. В котором ее простили. Вот только она себя, видимо, до сих пор нет.

— Ну так что? Ты скажешь мне, что я тварь, дрянь и вот это вот все? Я жду, — и снова нервно затягивается.