Следом шла пехота, и её задачей было из-за конских хвостов навесом кидать стрелы во врага, если до него было недалеко. Ну, и поддерживать свою кавалерию. Мы, естественно, решили сломать шаблон. Выпускать двадцать тысяч кавалерии против почти двухсот тысяч? Да упаси нас от этого местные боги! Мы не имбецилы, в конце концов! Потому, когда триумвиратская конница рванула на нас, а от нас никто не поехал на встречу, эти идиоты решили, что мы сдались, и лишь сильнее пришпорили коней, да орать стали больше! Редуты почти в два человеческих роста их даже не очень смутили, судя по отважным крикам.

Ну, и за двести метров враги наткнулись на первый неприятный для себя сюрприз – замаскированные рвы с деревянными кольями и железными прутами внутри!

Попасть конной лаве на полном ходу в такие вот ловушки – это страшно! Первые ряды просто смелó, смешало, закрутило. Над полем вместо воинственного крика раздались вопли боли и ярости. А задние ряды продолжали скакать, стаптывая упавших, спотыкаясь через них и создавая настоящее месиво из лошадиных и людских тел. Наши союзники дали залп из луков, послав стрелы высоко вверх. Я только поморщился.

Просил же не тратить зря боеприпасы. Убойность от такой навесной стрельбы невелика. А стрелы нам очень скоро ох, как понадобятся! Хотя даже такой залп вызвал ещё больше паники и неразберихи. Во рвах, которые мы прокопали трёх метров в ширину, и которые ну никак не перепрыгнуть, образовалась такая каша! Мы ещё и в бой не вступили, а противник уже тысячи потерял. Я довольно улыбнулся. Такая война мне по нутру. А армия триумвирата откатывала назад, будто прибой, ударившийся в прибрежные скалы.

От рва, откуда доносились крики и вопли, ковыляли назад искалеченные, переломанные всадники, которые смогли подняться на ноги.

Я достал трубку, набил её и раскурил:

– Здик! Пусть Шиб дословно передаёт, что говорят короли!

– Они все в разных местах, Серж!

– Тогда пусть слушает короля Икенча, он напротив нас стоит, – я затянулся и повернулся к Ягу: – Поднимай стяги!

– Стяги подня-а-а-а-ать!

Прямо с подвод бойцы подняли два длинных флагштока с двумя стягами – один чёрно-жёлтый флаг Лесании. Второй – мой штандарт – золотое солнце, перекрещенное мечами. В это время ожил Здик:

– Серж, король, который напротив нас, ругается с графом Амиром Эрра.

Тот заявил, что его дружина не пойдёт против Рутсолов! А король орёт, что прикажет казнить графа. Граф отвечает, что на казнь пойдёт, а против Рутсолов не пойдёт! Теперь король говорит, что штандарт не означает, будто против них действительно Рутсолы. А Граф говорит, что не сомневается в этом, и Белогор, мол, и есть потомок Рутсолов. Он в этом лично убедился.

Я после таких новостей чуть трубку не проглотил. Когда Здик замолчал, прикрикнул:

– Граф Эрра уезжает.