«Между школой, домашними заданиями, тем, как далеко он находится, это действительно трудно. А тут еще и комендантский час».

Мару собирается что-то сказать, но мать трогает ее за руку и продолжает говорить.

«Ты должна понять, что они учатся в лучшей школе – это отличная школа, государственная, конечно, потому что частные школы ужасно дорогие. Но если они не будут успевать, им придется перевестись в платную, а это мы не можем взять на себя».

Слова его сестры похожи на сухие листья, сваленные в углу и гниющие.

«Конечно, Мариса. Я передам папе привет от всех, хорошо?».

Он встает и улыбается племяннице и племяннику, но не прощается.

Мару бросает на него вызывающий взгляд. Она откусывает кусочек особой почки и говорит, открыв рот, почти крича: «Я хочу навестить дедушку, мама».

Эстебансито смотрит на нее, забавляясь, и продолжает: «Давай, мама, пойдем в гости, разве мы не можем пойти в гости».

Его сестра смотрит на них с замешательством; она не улавливает жестокости просьбы, не видит подавленного смеха.

«Хорошо, хорошо, думаю, мы можем пойти».

Он знает, что не увидит близнецов еще долгое время, и знает, что если бы он отрезал руку каждому из детей своей сестры и съел бы их в этот самый момент на деревянном столе, они были бы на вкус именно такими, как он предсказывал.

Он смотрит им прямо в глаза. Сначала Мару, потом Эстебансито. Он смотрит на своих племянников и племянниц так, словно пробует их на вкус. Это пугает их, и они опускают глаза.

Он идет прямо к двери. Его сестра открывает ее и быстро целует его на прощание.

«Рада тебя видеть, Маркитос. Возьми этот зонтик, сделай одолжение».

Он открывает зонтик и уходит, ничего не ответив. Прежде чем сесть в машину, он видит урну.

Он бросает в него раскрытый зонт. Его сестра наблюдает за ним из двери. Она медленно закрывает ее, опустив голову.

Он ездит в заброшенный зоопарк.

Обед с сестрой всегда держит его в напряжении. Не до такой степени, чтобы он перестал ходить, но он чувствует необходимость собраться с мыслями, чтобы понять, почему этот человек, который является частью его семьи, такой, какая она есть, почему у нее такие дети, какие есть, почему она никогда не заботилась о нем или их отце.

Он медленно проходит мимо клеток с обезьянами. Они сломаны.

Деревья, которые были посажены в них, засохли. Он читает одну из табличек, буквы на которой обесцвечены:

Последующие слова стерты.

У них есть особенности, которые позволяют им издавать звуки. Особенно сильно развиты гортань и подъязычная кость, последняя образует большую капсулу, которая усиливает вокализацию.

Здесь есть фотография самца обезьяны-ревуна. Лицо обезьяны искажено, как будто камера запечатлела момент, когда ее поймали. Кто-то нарисовал красный круг с крестом в центре.

Он заходит в одну из клеток.