Как и все документы, которые ты в сумке оставила после выписки из роддома, — Князев засовывает руки в карманы брюк и пару мгновений перекатывается с пятки на носок, словно в раздумьи, продолжать разговор или нет. И всe-таки добавляет жестче: — Это на тот случай, если в твою нервную головку придет «светлая» мысль сбежать из дома. Не вздумай, Даш... просто не вздумай. Ты не справишься одна с маленьким ребенком! Не дури, ладно? Для твоего же блага... я просто не позволю тебе сбежать ни с ним, ни без него. Он и мой сын, если забыла! Прими это как факт... милая.

— А если не приму? — вызывающе вздергиваю подбородок. — Ты меня посадишь на цепь, как рабыню Изауру? Я не твоя собственность, Влад!

— Ты моя жена, — сужает глаза Князев. — Это ничего для тебя не значит?

— Да, жена. Которая тебя презирает и ненавидит! — бросаю я, страстно желая хоть как-то его ранить за то, что он превратил мою жизнь в сплошное грязное недоразумение. А потом мстительно возвращаю его же слова: — Это ничего для тебя не значит..?

Ноздри мужа подрагивают и раздуваются. И снова играют на каменно-красивом лице желваки — верный признак клокочущего внутри него бешенства.

— Что ж, значит, ты по-прежнему испытываешь ко мне сильные чувства, — в конце концов скупо комментирует он. — Это лучше, чем равнодушие. А от ненависти до любви... сама знаешь."

"Я демонстративно скрещиваю руки на груди, давая понять, что не согласна с утверждением. Князев отводит глаза, потом шумно вздыхает и качает головой.

— Поеду в офис. Избавлю тебя временно от своей компании... дам время всe обдумать. А вечером обсудим, как обеспечить тебе спокойствие, уединение и комфорт, хорошо? И не злись за документы. Я просто не хочу, чтобы ты угодила в жесткий бытовой переплет, а без них у тебя не будет искушения сбежать.

— Да неужели? — угрюмо фыркаю я.

— Однозначно. Ты же знаешь, без бумажек у нас человек не человек, а... беспомощная букашка, — Князев пожимает плечами и направляется к выходу, и только на пороге задерживает на мне долгий прощальный взгляд. — Надеюсь на твое благоразумие, Даш. До вечера.

?Глава 36. Психушка по тебе плачет!

После ухода Князева несколько минут я мечусь по спальне, как дикий зверeк в клетке. Наглость мужа так сильно меня выбесила, что успокоиться удается не сразу.

Не хочу оставаться в доме, где за право быть хозяйкой в семье надо без конца бороться с собственным мужем и свекровью.

Пусть идут на хрен! Оба! В конце концов документы можно и восстановить. Хотя это и потеря времени...

Устав ходить туда-сюда, я плюхаюсь на край роскошной кровати и снова принимаюсь гипнотизировать напряженным взглядом сейф.