и, как итог, с каждым днем только накручивала себя всe сильнее. Думала только о том, как бы сбежать от того, кто предал.

Но неожиданное вторжение свекрови встряхнуло меня только что самым настоящим адреналином. И заставило взглянуть на себя немного под другим углом...

Со мной в моей жизни никто не считается, и это факт.

Никого, похоже, не интересуют по-настоящему мои чувства и мысли. Мои личные границы никто не замечает. Совсем. Их нарушают легко, даже не задумываясь об этом. Потому что я... я сама позволяю это делать, испуганно поджав лапки и опасаясь чужой агрессивной реакции. Заранее трясусь при одной мысли о том, что кто-то может на меня накричать, сказать что-то обидное или просто посмотреть недовольно.

Мать помыкает мной с детства и обращается потребительски назойливо, игнорируя тот факт, что дочь — это личность, а не вещь.

Свекровь не принимает меня всерьез, как будто я — пустое место. И врывается в гости без приглашения, как к себе домой, да еще и притаскивает с собой какую-то постороннюю мне девицу.

Любовница мужа считает меня настолько жалкой и никчемной, что не может понять, почему муж меня не бросил, и говорит это в лицо прямым текстом. А потом издевается и чуть не доводит до трагедии.

Коллега по работе — официально моя бывшая подчиненная до декрета, — дергает меня звонками и открыто наезжает из-за своих проблем, не считаясь ни с условной субординацией, ни с элементарными правилами вежливости.

А Князев...

Князев называет меня своей нежной фиалкой.

Считает, что без тепличных условий — а главное, вдали от него, — я просто загнусь и сломаюсь. Равнодушные люди меня затопчут, бытовые материальные проблемы задавят. И тогда фиалке конец.

Но и его не интересует, что чувствую я сама. Он озабочен только и только своими чувствами. И просто не хочет лишиться объекта, на котором сфокусированы его сильные эмоции, вот и всe. Иначе бы не изменил мне.

Что ж, ладно...

Плевать.

Плевать на них всех! С сегодняшнего дня я буду поступать так, как считаю нужным. И сделаю новый шаг к свободе от этих людей, которые держат меня в заложниках своего эгоизма.

?Глава 26. Навстречу реальности

— Даш, ты чего тут стоишь? Замерзнешь же, маленькая, ну... — вырывает меня из внутреннего мира низкий голос Князева.

И я осознаю, что даже не заметила, сколько времени уже гипнотизирую городскую панораму с лоджии острым сосредоточенным взглядом.

Плечи окутывает теплый пушистый плед, который я забыла накинуть поверх своего тонкого и уже слишком просторного халата. Широкие ладони мужа задерживаются на моих плечах, бережно поглаживая с явным намерением притянуть в объятия... но я делаю шаг в сторону, чтобы ускользнуть от прикосновения. Затем бросаю на Князева холодный взгляд.