– Все влюбленные так и делают. А я так сильно люблю тебя.

– Я тебя тоже, Хэйли, – хотя Лука и не знала, как вести себя в подобные моменты близости, все, словно бы, шло само собой, и она позволила себе наслаждаться тем, что происходило «здесь-и-сейчас».

Они помогли друг другу помыться, целовали и ласкали друг друга, не чувствуя прохлады воды от нарастающего жара между ними.

– Давай-ка мы тебя перевяжем и продолжим где-нибудь в другом месте? – прошептала Хэйли, и легонько прикусила ее за ухо.

– Я бы сказала, давай оставим перевязку на потом, – ответила Лука, – и перейдем сразу к той части, которая «где-нибудь в другом месте».

– Терпение, Лука, терпение, – улыбнулась Хэйли, показывая ямочки на щеках.

Они вылезли из ванны, и Хэйли умело обработала бок и плечо Луки. Та успела сорвать пару поцелуев, а потом Лука, в свою очередь, промыла и заклеила царапины на спине и боках Хэйли.

Когда они закончили, Хэйли отвела ее обратно в спальню.

– Ты только посмотри на простыни. Наверное, нужно…

Лука подняла ее на руки и отнесла на диван, бережно положив.

– Прости, Хэйли, – сказала она, глядя в любимые карие глаза и устраиваясь поверх нее, нежно разводя ноги Хэйли. – Ты же не думаешь, что можешь просто так ходить по комнате нагишом, пока я меняю простыни, в то время, когда я могу вести тебя к разрядке?

– Господи, Лука, – простонала Хэйли, и запрокинула голову. Дорожка влажных поцелуев пролегла от ее подбородка вниз. Лука гладила великолепные груди и рисовала языком причудливые узоры на нежной коже, покусывала, а потом по очереди засасывала соски, пока они не затвердели.

Хэйли впилась ногтями в спину Луки, когда та начала пластично извиваться на ней, поглаживая жадными ладонями. Хэйли запустила пальцы в шикарную мокрую шевелюру и легонько нажала на макушку Луки, задавая направление: вниз.

Та подняла колени Хэйли, развела в разные стороны и мягким языком прошлась по соленой ложбинке от края до края, медленно поднимая голову. У Хэйли вырвался стон удовольствия, и возбуждение Луки удвоилось.

Она хотела делать это мучительно долго, но прелюдия, начавшаяся еще в ванной, распалила ее, и слишком велико было желание выразить Хэйли свою любовь – Лука не смогла сдержать себя. Хэйли кончила практически сразу, а следом и Лука. Но у них был весь день на то, чтобы исследовать тела друг друга – как угодно: медленно ли, быстро ли…

Ночью, их оторвал Пирс. Он звонил, чтобы сообщить кое-что о том, какие у Барроуса планы на следующий вечер.

Глава тридцать первая

Будучи одним из самых влиятельных людей в Вашингтоне, сенатор Терренс Барроус всегда знал, где проходят самые злачные вечеринки этой ночи, если у него было соответствующее настроение. А сегодня он, определенно, собрался провести празднование личного триумфа.