Кроме тебя обо мне никто никогда не заботился. Не ставил меня на первое место, не относился как к человеку, а не бездушному оружию. Когда ты меня предупредила, ты ведь рисковала, и как профессионал, и как человек. Я тебе очень признательна. Но, в конце концов, после всего, что Хэйли узнала обо мне за прошедшие сутки, тебе не придется беспокоиться ни за какое романтическое увлечение.

Как же ей хотелось, чтобы на самом деле все было иначе.

– После того, что случилось сегодня, она не захочет иметь со мной ничего общего.

– Может быть, это и к лучшему, – ответила Грант. – Ты же знаешь.

Она положила ладонь на плечо Луки.

– Да, я ведь не поблагодарила тебя за то, что ты спасла наши жизни.

– Мне посчастливилось вернуть часть своего долга, – ответила Лука. – За то, что все эти сложные годы взросления вы сделали более-менее выносимыми.

Пирс закончил разговор и протянул трубку Луке.

– Слышал часть вашего разговора. Думаю, я тоже должен тебя поблагодарить.

Не дожидаясь ответа, он повернулся к Грант и спросил с несвойственной нежностью в голосе:

– Уверена, что с тобой все в порядке?

– Да, Монти. И, пожалуйста, хватит со мной возиться.

– Он столько лет тащился от этого – с чего бы ему сейчас перестать? – заметила Лука с улыбкой.

Они оба посмотрели на Луку, а потом переглянулись. В их глазах было удивление. Даже в неярком свете фонарей она смогла различить, как покраснели щеки Пирса.

– Это о тебе сейчас нужно позаботиться, – Грант обняла Пирса за талию. – Пошли, хоть перевяжем тебя.

– Да, еще нужно сделать пару звонков, – сказал Пирс. – Придется заняться нашим дорогим другом-сенатором. Как можно скорее.

– Позволь мне сделать это лично? – проговорила Лука. – И не хотелось бы тратить время на рассуждения. Насколько мне известно, из вас троих никто не выжил. Пусть он продолжает так думать, не зря же мы оставили там машину. Чтобы укрепить его в этой мысли и выгадать время.

– Значит, ты все еще с нами? – спросила Грант.

Пирс задумчиво посмотрел на нее.

– Ну, тогда, у меня есть для тебя задание… Домино.

Хэйли засмеялась, и даже не поколотила Домино, что уже было хорошим знаком.

– Мне чуть ли не хочется написать статью об этом, но ведь никто не поверит. Но, на самом деле, я не желаю снова оказаться в роли живой бомбы. Одного раза вполне хватило, – и хотя Хэйли говорила с улыбкой, Лука знала, что пережитый кошмар перевернул все с ног на голову в ее душе.

– Правда, Хэйли, как ты себя чувствуешь? – мягко спросила она.

Хэйли глубоко, выразительно вздохнула и откинулась, было на подголовник, но, едва коснувшись его затылком, ойкнула и снова села ровно, потирая голову.

– У меня все болит. Даже там, где, как я полагала, вообще болеть не может.

– Я тебя на ночь отвезу к себе. Может, и на пару дней останешься.